— Где-то рядом, ваши люди? Из каких спецслужб? — хотел поддеть его связной средних лет, арабской внешности, в джинсах и светлой куртке, когда они, наконец-то, нашли скамейку, в относительно пустынном месте.
— Ваши шутки не уместны. А если у вас есть профессионалы, то они уже должны были заметить, в таком случае, — отрезал Спирин.
— Там, в Москве — не заметили. Вы готовили операцию, продали нам её, а потом исчезли из-под носа русской разведки.
— И теперь, как видите, я в бегах.
— Мы вам не доверяем.
— Не доверяйте. Я, лично, доверяю идеям, а не людям. Мы хотим повергнуть прогнившую западную демократию в хаос, из которого родится другой миропорядок. С несколькими автократическими сверхдержавами. Они смогут подчинить слабые страны, где народ всё равно тяготеет к диктатуре. Либерализм — аномалия, разрушительная для большинства, потому как недостижима для него.
Связной смотрел вдаль насмешливым взглядом.
— Но вы, русские — христиане, значит, всё равно неверные, — возразил он.
— Это лишь идеологическое различие. Зато деспотичности, скорее бы вы у нас могли поучиться. Элитам гораздо легче понять другу друга, чем народам. Тем более, что элитам нужна власть, цель более достижимая, чем народное благополучие. Любая идеология, или религия, если угодно, — духовная кабала, способ достижения власти.
Красноречие Спирина произвело обратный эффект — собеседник совсем помрачнел.
— А для меня Коран — Священное Писание. Вот видите, мы уже с вами не сходимся, — недовольно и с пафосом высказался он.
Спирин победоносно промолчал.
— Что вы конкретно предлагаете? — вернулся к главной теме связной.
— Шантажировать Дюрана. Чтобы овладеть его технологиями, для которых нет границ на сегодняшний день.
— Чем вы собираетесь его шантажировать?
— Моим компроматом. Он связан со спецслужбами, в том числе с теми, кто хотел покушения на убийство российского президента. Но Дюран пытается вести и свою игру, поэтому и провалил мою операцию. Когда мы получим его технологии, мы сможем действовать и без него.
— Джихад не ваша война, — медленно и повышенным тоном проговорил связной.
Спирин молчал, с ледяным спокойствием глядя перед собой.
— Это не отказ, мы будем поддерживать с вами связь тем же способом, — более миролюбиво добавил посланник, встал и поспешно скрылся из вида.
Группа наблюдения писала разговор с микропередатчика, вмонтированного в часах Спирина, не определимого для обычных сканеров. Он вернулся в свою квартиру, но так и не дождался звонка от них. Их надзор был незаметен, от чего возникал соблазн скрыться. Достаточно было вычленить ещё один маячок, вживлённый ему в предплечье.
Вера припарковалась у подъезда дома, где снимала квартиру, открыв дверцу, наткнулась на фигуру неизвестного мужчины. Потом увидела молодого крепкого напарника, подступившего с другой стороны.
— Нам нужно с вами переговорить, — сказал он на английском без акцента. — У нас рядом машина.
— Я вас не знаю, — отсекла Вера.
— Мы из британской разведки, — неизвестный поднёс ей удостоверение.
— Я не разбираюсь в этих документах.
— А пора бы.
Вера захлопнула изнутри дверцу машины.
— Нам нужен ваш знакомый, некто Визант. В Англии он скрывался под именем Фарно.
— Вы уже о нём знаете больше чем я, — огрызнулась Вера
Она сразу сообразила, что они темнят — ведь Визант работал совместно и с английскими агентами, почему тогда этим неизвестно, где он. Или они не за тех себя выдают, или из какой то другой группировки в разведке.
— Мы не знаем, где он сейчас находится.
— Почему вы решили, что я это должна знать?
Они насмешливо и высокомерно переглянулись.
— Мы знаем, что вы знаете. Иначе бы не пришли к нам. Вы пару дней назад вернулись в Лондон. Нам вообще то не ваш друг нужен, а некто Дюран.
— Я в эти игры не играю, — дерзко отвечала Вера. — Конечно, вы гарантируете мне неприятности. Но я готова покинуть ваш очень туманный Альбион.
— Тогда вам придётся покинуть и Европу. Мы постараемся, чтобы вы попали в список Интерпола. Вы же до сих пор проходите по одному уголовному делу, не то, как свидетель, не то, как подозреваемый.
— Из Европы, значит из Европы. Так тому и быть, — её упрямство обескуражило незнакомцев.
— У нас есть и другой вариант. Мы бы не хотели его задействовать. Вспомните своего злейшего врага Спирина. Он ведь ещё жив, — агент словно вынул из рукава козырь.
Вера внутренне вздрогнула от этого имени, её взгляд заблестел отчаянием и ненавистью.
— Уже теплее, — отозвался шантажист, пронизывая её взглядом. — Мы найдём способ подставить его.
Вера некоторое время раздумывала.
— Что я должна делать?
— Поддерживать с нами контакт, круглые сутки.
Она понадеялась, что служба безопасности Дюрана, с кем Визант имел дружеские отношения, спасёт её от их лап, потому так быстро и согласилась.
— Предупреждаю, не вздумайте вести двойную игру, — высказался агент с волевым лицом, будто читая её мысли.
— Не перестарайтесь. Я итак напугана, дальше некуда. Мне нужны другие стимулы.
Её охватило чувство мести к своему главному врагу, глаза вспыхнули неподдельной яростью.
— И какие же?
— Я хочу голову Спирина на блюде.
