Человек, который сидел за столом, уронив голову на скрещенные руки, был ей абсолютно не знаком. Так ей показалось, хотя лица его она не видела. Люба на цыпочках приблизилась на несколько шагов к столу и разглядела на полном запястье разбитые часы — дорогую «Омегу». И только потом она заметила темную струйку крови, выбегавшую из-под рукава и заливавшую лист бумаги, на котором жирными, стилизованными под готику буквами было напечатано: «Третья стража. Приговор приведен в исполнение». Люба обеими руками зажала рот, чтобы не закричать.
Надо было немедленно уходить, но она продолжала стоять посреди кабинета. Не то чтобы она была в шоке, она просто не понимала, что ей делать дальше. Нить опять оборвалась прямо у нее в руках, и что-то подсказывало ей, что больше она не встретится с Третьей стражей.
Скрипнула дверь.
— Ага! Все-таки они его нашли, — произнес спокойный голос за ее спиной.
Любочка подскочила от неожиданности. Рядом, качая птичьей головой, стоял старый мудрый Леонид Матвеевич Померанец. Откуда он взялся?
— Уф, вы меня напугали, — пролепетала Люба. — Что вы здесь делаете?
— А вы? — возразил Померанец. — Почему я второй раз встречаю вас там, где только что прошла смерть?
— Я вас тоже, — насторожилась Любочка. Он ее подозревает, что ли?
— Естественно. Я журналист, моя дорогая. Черный ворон. Моя работа — кружить над падалью. А мое рабочее место — в соседнем коридоре. Так что я здесь нахожусь вполне закономерно. В отличие от вас, парикмахер Люба, которая так здорово расследует запутанные преступления.
— Откуда вы знаете? — изумилась Любочка.
— Ой-ей-ей, — вздохнул черный ворон. — Должен же я хоть что-то знать. Пойдемте ко мне в офис. Хватит на это смотреть.
Любочка действительно с трудом отвела взгляд от тела Шипова. Ей было так страшно поворачиваться к нему спиной, что она пятилась, затаив дыхание, до самого выхода и только за дверью отдышалась.
— А милицию? — спросила она.
— Успеем, — буркнул Померанец. — Вам не кажется, что сперва лучше отсюда уйти? Мы с вами и так будем под подозрением.
И он повел ее в аппендикс в другом конце коридора, к большой дерматиновой двери, на которой красовалась табличка «Информационное агентство „Фокус“».
«Вот балда! — выругала себя Любочка. — Как это я забыла? „Фокус", Сущевский вал, генеральный директор Померанец Леонид Матвеевич. Сама же адрес переписывала».
Рабочее место Леонида Матвеевича представляло собой большую комнату, разделенную перегородками на маленькие ячейки. Такое Любочка видела только в американских фильмах. Померанец завел ее в самый дальний уголок, где стояли дряхлый стол и два разномастных стула. Он кивнул ей на один из них, предназначавшийся для посетителей, но Любочка садиться не хотела. Ее била мелкая дрожь.
— Если хотите чаю, придется пошуровать по полкам сотрудников и заваривать самим. Сегодня, как вы догадываетесь, у людей выходной. Я чай не пью. Для согрева могу предложить бренди. Хотите?
Любочка отрицательно помотала головой. Согреться было бы неплохо, но она не могла думать о таких пустяках. Невысказанные вопросы стояли в ее горле комом, мешая дышать. Она даже не знала, с какого начинать, все были важные. В том, что Померанец знает ответы на все ее вопросы, она почему-то не сомневалась.
— Леонид Матвеевич, что вы такое сказали? Кто его нашел?
— Ну, вы же сами видели надпись. Третья стража.
— Нашли и убили? Но почему? Ведь он был знаком с самим Заатаром…
— Пардон, с кем? А, с Заатаром!
— Я сегодня должна была с ним встретиться. Я имею в виду, с Заатаром, а не с Владом. Что же получается?..
— Ох, Люба! — вздохнул Померанец. — А я-то держал вас за умную женщину. Неужели вы не поняли, что получается? Лежит ваш Заатар с дыркой в голове.
— Как ты думаешь, они есть на самом деле?
— Кто, Стражники? Конечно. Есть и живут среди нас…
Этот обмен репликами пришелся на короткую паузу, и шепот из заднего ряда неожиданно прозвучал на весь зал. Кто-то громко хмыкнул, но сказанное тут же забылось, потому что герои на экране с новой энергией и новыми воплями ринулись убивать и спасать друг друга.
Когда зажегся свет и публика потянулась к выходу, Розин украдкой оглянулся на соседей, которые шептались за его спиной. Да нет, не подростки, которыми по преимуществу был забит кинотеатр. И даже не молодежь — женщине под тридцать, ее спутнику и того больше (или так кажется из-за высоких глянцевых залысин). Наверное, дома уже свои взрослые оглоеды имеются, а туда же, на крутое фэнтези притащились, да еще рассуждают, существуют ли его герои «на самом деле». Видно, жить в России стало совсем уже лучше и веселей, если взрослые люди верят в сказки.
