Город, и правда, небольшой, и злачный район здесь — всего-то две улицы. Я проследила за “провожатым” до спуска в полуподвал, откуда орали скабрезную песню, а девица у входа не оставляла сомнений в своем занятии. Внутрь я не пошла. Осторожно двинувшись вокруг, я следила за тенями на занавешенных окнах. Вскоре я нашла, что искала. На втором этаже одна тень, низкая, еле двигалась, зато другие расхаживали вперед и назад. Если где-то и был кабинет местного начальства, то здесь. Осмотревшись, я засекла охранника, и вскоре он уже “отдыхал” в глубокой тени за помятым водостоком. А я, прижавшись к стене, разглядывала кабинет в тонкую щель между рамой и портьерой. Жаль, окно закрыто, ничего не слышно.
Мой “знакомец”, волнуясь и переминаясь, закончил “доклад”. Ночной хозяин, действительно, бросил ему медяк и махнул, мол, вон иди. Разложив ноги на потертом столе между бумаг, тарелок с объедками и кружек, местный главарь разбойничьего квартала опрокинул в себя что-то из захватанного стакана и взял со стола бумагу. Увы, рассмотреть, что там было написано, я не могла. Что ж, главное я узнала, пора спускаться. Под утро навестим кабинет, пошарим, может, что-то интересное найдется. За это время стоит проникнуть внутрь, чтоб оказаться рядом, когда ночной хозяин будет вешать сигналку.
Я бросила последний взгляд в щель и поняла, что навещать кабинет придется прямо сейчас: три бугая притащили Лавронсо и Аларика. Заняв удобную позицию я медлила: может, обойдется?
Увы, нет. После короткого разговора один бугай положил руку на нож, но начальство поморщилось так, что я будто услышала: не здесь же. Если бы я была уверена, что их выведут на улицу, встретила бы у входа. Но вполне могли повести в подвал.
Взявшись за верх поудобнее, я влетела в комнату, вышибая стекло с рамой вместе. Хозяин получил каблуком в висок, два бугая — по ножу. Жаль, придется бросить тут оружие. Третьего Аларик с Лавронсо уложили сами. По лестнице уже бежали на шум.
— В окно, слева водосток! Проулок к северу! — прошипела я и едва не взвыла: меня решили пропустить вперед. — Дерик первый, ты за ним! — и упреждая сопротивление, толкнула обоих к выбитой раме.
Я уже собиралась последовать за друзьями, как заметила на столе сложенные вдвое листы бумаги с кривыми буквами, среди которых выделялось слово “цех”. Чем быстрее найдем сведения, тем быстрее Аларик отделается от Меркатов, а я… да! — а я от Аларика! Додумывала я, одной рукой засовывая бумаги за пазуху, другой отбивая нож бандита. Лезвие просвистело до опасного близко, но я успела пнуть нападающего на тех, кто вваливался в комнату за ним, и перемахнув через подоконник, вскочить на водосток, а с него — на утоптанную землю.
Оставив за спиной жужжащее гнездо работников ножа и удавки, я влетела в ночную тьму проулка.
— Лори, ты живая?
Демоны. Он бы меня еще по фамилии на всю улицу назвал.
— Они там! — взвизгнул кто-то сзади, и мы побежали прочь.
Нам пришлось дважды свернуть, но преследователи были где-то рядом.
В боку пекло, в голове начинало шуметь. Нас очень неудачно загнали — слева высокий каменный забор, справа стена кирпичной фабрики, прямо над проходом висит полная луна и светит во всю силу.
— Сюда, — прошипело Лавронсо и потянуло нас к груде ящиков, рядом с которой валялась небольшая бочка. — Дерик, сделай вид, будто вы это самое. Штаны ей подверни, и на ящики.
О чем он? Но Лавронсо не стало уточнять и нырнуло в бочку, будто сделанную по размеру низкорослого крепкого дварфо.
Аларик потянул меня к ящикам и толкнул, чтобы я полулежала на жестких досках. Подтянув мои штаны до колена он навис надо мной сверху и закинул мою голую голень себе на бедра. Все, что выше колена, было укрыто плащом. Погоня приближалась. Аларик шепнул мне: "Стони", выдернул две шпильки, выпуская пряди, и впился в мои губы поцелуем.
Я застонала, но скорее, от неожиданности и возмущения. Работая на гильдию мы с Бейлиром как-то раз изображали целующуюся пару, но мы лишь касались друг друга сомкнутыми губами, не делая никаких движений страсти. Аларик же будто только и ждал... Демоны! Слишком быстро прошло мое возмущение, и я ответила на поцелуй.
Кажется, погоня давно пробежала мимо, но Аларик не отрывался. Мне стало легко-легко, в голове шумело, и только услышав голос Лавронсо я поняла, что поцелуй был не единственной причиной.
— Эй, потом намилуетесь! Дерик! Нам нужно идти.
Аларик нехотя встал, вернул мои штанины на место и протянул мне руку, но сил подняться у меня не было.
— Лори, — прошептал он, — ты в порядке? Драные демоны! Лавронсо!
Уже уплывая, я слышала дварфийские выражения, которые так и не удосужилась выучить.
* * *
Я очнулась в Стрекозе. Лавронсо проворчало, что стоило мне еще поваляться в обмороке, пока он не закончит.
— Где Аларик? — вскинулась я.
— Я отправил его за Секирд. Девку надо вытаскивать сюда поскорей, да и он мне тут не нужен под руку квохтать.
Да, это правильно. Утром обитатели Горчичников пойдут по постоялым дворам и трактирам искать дварфа и гоблина. Мы уже узнали все, что могли узнать в Идолте. Можно уезжать.
