— Молодчина, Фергюс! — Джейми похлопал мальчика по плечу, и даже в темноте я различила румянец удовольствия, разлившийся по щекам ребенка.
Джейми окинул поле битвы взглядом опытного стратега и послал Фергюса в конец переулка предупредить о появлении жандармов. Приняв необходимые меры предосторожности, он снова наклонился ко мне.
— Ты в порядке, англичаночка? — спросил он.
— Как мило, что ты об этом спрашиваешь, — светским тоном ответила я. — Да, спасибо. Хотя с ней далеко не все в порядке.
Я указала на Мэри. Она все еще сидела скорчившись и дрожала, словно осиновый листик, отвергая неуклюжие попытки Алекса приободрить ее.
Джейми бросил на нее взгляд:
— Да, вижу. А где, черт побери, Мурта?
— Там, — ответила я. — Помоги мне подняться.
Мы подошли к белому свертку, который извивался, точно бешеная гусеница, глухо изрыгая ругательства на трех языках сразу.
Джейми достал кинжал и резко, одним махом, разрезал мешок сверху донизу. Мурта выскочил из него, словно игрушечный Джек из коробки. Волосы у него были выпачканы в какой-то зловонной жиже, в которой валялся мешок, и воинственно торчали дыбом, что в сочетании с быстро наливающимися синяками на лбу и под глазами придавало ему довольно свирепый вид.
— Кто меня ударил? — гневно спросил он.
— По крайней мере, не я, — ответил Джейми, приподняв бровь. — Идем, парень, не оставаться же тут на всю ночь.
— Ничего не получится, — пробормотала я, закалывая волосы шпильками, украшенными бриллиантами. — Ей нужна медицинская помощь. Ей нужен врач!
— Он у нее есть. — Джейми поднял подбородок, посмотрел на меня и снова уставился в зеркало, завязывая шейный платок. — Это ты.
Джейми взял расческу и быстро провел ею по густым рыжим волосам.
— Нет времени заплетать, — сказал он, придерживая одной рукой сзади хвост, а другой шаря в ящике. — Есть у тебя какая-нибудь лента, а, англичаночка?
— Позволь мне.
Я встала за его спиной, собрала концы волос и обвязала их зеленой лентой. После всех событий этой кровавой ночи — и вдруг званый обед!
И не просто званый. В качестве почетного гостя был приглашен герцог Сандрингем с небольшой, но изысканной свитой. Месье Дюверни должен был прийти со своим старшим сыном, известным банкиром. Будут еще Луиза и Жюль де ла Тур, а также д’Арбанвилли. Но особую пикантность вечеру должно было придать присутствие графа Сен-Жермена.
— Сен-Жермен? — удивленно воскликнула я, когда Джейми сообщил мне об этом на прошлой неделе. — Это еще зачем?
— Я веду дела с этим человеком, — возразил Джейми. — Он уже приходил сюда прежде, к Джареду. Хочу понаблюдать, как он будет разговаривать с тобой за обедом. Если судить по тому, как он ведет дела, он не из тех, кто скрывает свои мысли.
Джейми взял белый кристалл, подаренный мне мэтром Раймоном, и задумчиво взвесил его на ладони.
— Довольно красивый… — медленно проговорил он. — Я сделал для него золотую оправу, чтобы ты могла носить его на шее. Поиграй им во время обеда, пока кто-нибудь не спросит тебя об этом камне, англичаночка, расскажи, для чего он нужен, и обязательно понаблюдай за выражением лица Сен-Жермена, когда будешь рассказывать. Если это он подсыпал тебе яду в Версале, он себя выдаст.
Сейчас мне хотелось только мира, покоя и никаких посторонних. Спрятаться, забиться в норку, как кролик. Но я должна быть на этом званом обеде с герцогом, который может оказаться якобитом или английским шпионом, и с графом, возможным моим отравителем. А в это время наверху будет скрываться жертва изнасилования. Руки у меня так дрожали, что никак не удавалось застегнуть цепочку, на которой висел кристалл в золотой оправе. Джейми подошел и защелкнул застежку одним движением пальца.
— У тебя что, нервы железные? — спросила я.
Он состроил мне гримасу в зеркале и прижал руки к животу.
— Отчего же, нервы как нервы. Только расположены в животе, а не в руках. У тебя еще есть то снадобье от колик?
— Вон там. — Я указала на аптечку, которая так и осталась на столе после того, как я взяла оттуда лекарство для Мэри. — В маленькой зеленой бутылочке. Прими одну чайную ложку.
Он обошелся без ложки. Откупорил пузырек и отпил несколько глотков, после чего стал рассматривать на свет жидкость в пузырьке.
— Боже, ну и гадость! Ты готова, англичаночка? Гости будут с минуты на минуту.
Мэри тем временем лежала в комнате для гостей на втором этаже. Внимательно осмотрев ее — сильных повреждений не обнаружилось, если не считать нескольких синяков и шока, — я дала ей макового сиропа, который действовал успокаивающе.
Алекс Рэндолл пресек все попытки Джейми отправить его домой и остался охранять Мэри. Я велела ему позвать меня тут же, как только она проснется.
— Каким образом этот идиот там оказался? — спросила я, шаря в тумбочке в поисках коробочки с пудрой.
— Я задавал ему этот вопрос, — ответил Джейми. — Похоже, бедняга влюблен в Мэри Хоукинс. Он таскался за ней по всему городу, понурившись, как увядший цветок, — он ведь знает, что она собирается замуж за Мариньи.
Я уронила пудреницу.
— Так он влюблен в нее? — выдавила я, отгоняя поднявшееся облачко пудры.
