Гуля знала, чем испугать культуриста. Макс вслух сказал: «Ха-ха!» – а сам незаметно оглянулся на свою руку, торопливо напряг ее и только тогда успокоился. Нина и Макс вели себя бурно. Ссорились, мирились, бросались горошинами из салата и толкались под столом ногами. Под конец Макс, у которого обилие мышц не уравновешивалось количеством серого вещества в черепной коробке, лягнул стул Нины слишком сильно. Нина улетела вместе со стулом и сшибла официантку, которая, впрочем, оказалась человеком понимающим.
– У самой такой же бабуин! Кормить их меньше надо и устраивать на вторую работу! – сказала она Нине, когда перепуганный Макс поднял их на ноги.
Устраивать Макса на вторую работу Нина не стала. Во всяком случае, сразу.
– Ты ужасный человек! Ты запачкал меня своей ужасной ногой! Ты будешь за это отвечать! – проворковала Нина, ласково гладя его по щеке.
Ближе к концу обеда у Нины зазвонил телефон. Она небрежно вытащила его из сумочки, посмотрела на экран, чтобы узнать, кто это, и лицо ее вытянулось. Нина вскочила и показала телефон Гуле. Та тоже моментально перестала улыбаться.
Скомканно извинившись, они метнулись к дальнему окну кафе, и там только Нина поднесла телефон к уху и соединилась. Отвечала она очень поспешно, тихо, то и дело тревожно проводя рукой по волосам.
– Кто это к ним пы…прицепился? Может, мозги вы…вправить? – с негодованием спросил Макс.
– Арно, – шепнул Афанасий, успевший мельком взглянуть на экран, пока Нина показывала его Гуле.
Макс стукнул кулаком по хлипкому столику.
– Кто это у н-нас Арно? Сы…секретарь Гая? Чего ему от н-них н-надо? Я ему уши в ны…ноздри затолкаю!
Отлично зная, что, пока Кубинку охраняет форт Тилля, уши Арно в полной безопасности, Афанасий позволил Максу кипеть дальше. Сам же поспешно закатал под столом рукав и, коснувшись
– Узнал чы…что-то? – с беспокойством спросил Макс.
Афанасий показал ему кулак.
– Тшш! Не мешай!.. Ага! У Долбушина вышла неприятность с Тиллем. Он ранен и где-то скрывается… Ничего себе новости! Уже и друг другу глотки рвут! – зашептал он.
– А Арно чего надо?
– Арно требует, чтобы Нина нашла какую-то раздробленную закладку! У нее же дар искать предметы.
– И она с-согласна? – возмутился Макс.
Афанасий не был так категоричен.
– Ну да, согласна, конечно! А куда ей деться, пока она с ними?
– И кы…как она будет искать? Куда-то пы…поедет?
– Нет. Арно хочет знать это сразу, немедленно.
– А чы…что за зы…закладка-то?
Ответить Максу Афанасий сумел не сразу, потому что Гуля и Нина скользнули в туалетную комнату.
Наконец Макс перестал бегать и просто смотрел на озабоченное лицо Афанасия и на его приоткрытый рот. Казалось, разинув его, Афанасий стремится приобрести посреди головы третье ухо.
– Ну! Ну! Ну! – шептал Макс.
Еще один пинок. Макс запрыгал на одной ноге.
– Н-не узнал! – сказал Макс обреченно.
– Узнал, – выдержав паузу, чтобы немного его помучить, сообщил Афанасий. – Они ищут отколотую часть
Пока человек не перестанет есть окурки с асфальта, глупо заморачиваться с выбором зубной пасты.
На столе лежала курица. Родион метнул в нее нож. Он вошел по самую рукоять, из чего следовало, что курица хорошо пропеклась в духовке.
– Готово! Теперь не улетит! – проворчал Родион и занялся поисками чистой тарелки.
Посуду он не мыл еще ни разу. Его бабушка была человеком запасливым. В кухонном шкафу у нее хранилось не менее полусотни тарелок. Теперь все они громоздились в раковине и на подоконнике. Чистой Родион так и не нашел, но отыскал относительно негрязную, относившуюся к периоду, когда он считал тарелки испачканными после одной капли кетчупа или прилипшей гречневой каши.
