– Смотрю, не идет ли загулявшая парочка, Антон с Диной, – ответила я, выходя ей навстречу. Катька не шелохнулась. – Пойдем к себе?
– Пойдем, – безропотно согласилась Зинуля.
Она была молчалива и задумчива, но в таком состоянии нравилась мне гораздо больше, чем прежде, когда она болтала, не закрывая рта. Хотя мне, конечно, было жаль несчастную женщину.
– Я уверена, что он где-то здесь! – пробормотала она, оглядев просторный двор с высокого крыльца.
Я полагала, что Зинуля погружена в скорбные думы о безвременно покинувшем ее сердечном друге, и немного удивилась, что взгляд ее вычерчивает кривые по снежной пустоши. Убиенный Курихин находился не «где-то здесь», а в холодном гараже, откуда пришлось выселить ратрак и квадроцикл. Строение, превращенное в морг, все мы обходили по крутой дуге.
– Вот растает снег, и кто-нибудь его найдет! – вздохнула Зинуля и зашагала вниз по ступенькам.
Я секунду помедлила, а потом догнала ее и все-таки спросила:
– Ты об Андрее Петровиче говоришь? Его со двора давно унесли! – мне вспомнилось, что Зинуля почти сутки провела в прострации и могла не знать некоторых моментов. – Он там лежит!
Я кивнула на гараж.
– Где лежит Андрюша, я знаю! – немного сердито отозвалась Зинуля. – Я про кольцо говорю! Кольцо я где-то тут потеряла!
– Какое кольцо? – машинально спросила я, слегка шокированная тем, что, потеряв любимого, она печалится о какой-то безделушке.
– Золотое, с бриллиантом!
Золотое кольцо с бриллиантом, пожалуй, нельзя было назвать безделушкой.
– Дорогое кольцо? – уже сочувственно спросила я.
– В первую очередь как память! – ответила Зинуля. – Мне его Андрюша подарил по особому случаю.
– А когда ты его потеряла? – спросила я, уже прикидывая, не организовать ли массовые поиски украшения. Не сейчас, конечно, а утром, когда рассветет. А что? Станем в цепь и прочешем двор, как граблями. Хотя оперативники, конечно, не скажут нам за это спасибо.
– Да в первый же день, когда мы сюда приехали, – с досадой ответила Зинуля. – Помнишь, днем мы всей толпой играли в снежки?
Я кивнула и непроизвольно улыбнулась. В самом деле, был такой веселый момент, когда мы выгрузились из курихинского джипа: четверо взрослых и один ребенок с одинаковой детской радостью возились в сугробах.
– Я тогда без перчаток была, а руки все время в снегу, – вспомнила Зинуля. – Даже не заметила, как кольцо с мокрого пальца соскользнуло! Хватилась пропажи только в доме, побежала искать – не нашла. Расстроилась, конечно, поплакалась Андрюше, а тот только посмеялся. Ты, говорит, царица моя, закатала перстенек в снежок и метнула его куда подальше, как Иван-царевич каленую стрелу! И пообещал мне другое кольцо подарить.
– Теперь уже не подарит, – бестактно брякнула я и тут же прикусила язычок.
Однако Зинуля не расстроилась, наоборот, взглянула веселей:
– Ладно, ничего страшного! Я сама себе другое колько куплю, лучше прежнего, с большущим-пребольшущим бриллиантом, и буду думать, что это Андрюшин подарок. Собственно, так оно и есть.
Она зашагала заметно бодрее.
– Ты можешь позволить себе купить кольцо с большущим бриллиантом? – я удивилась.
Позавчера, когда мы с ней вдвоем парились в кабинке сауны, Зинуля успела вкратце поведать мне историю своего знакомства с Андреем Петровичем: она работала в спа-салоне, который посещал Курихин, и пленила кавалера, полируя ему ногти.
– Ты же вроде маникюршей работаешь?
– Больше не буду, – легко сказала она. – Пора завязывать со старой жизнью.
Мы как раз подошли к нашему флигелю. Поднявшись на крыльцо, Зинуля зевнула и пробормотала:
– Спать хочется, сил нет! Даже кофе не помог.
Она направилась прямиком в их общую с Иркой комнату, а я пошла посмотреть, чем занят мой ребенок.
Мася под присмотром Коляна принудительно укладывал спать кролика.
– Не крутись! – присев на корточки перед пластмассовым ящиком, внутри которого вяло шевелился Точилка, строгим голосом приговаривал малыш. – Повернись на бочок, закрой глазки и спи! Лапки под голову положи! И чтобы я больше ни звука не слышал! Ты понял?
Узнав наши с Коляном реплики и интонации, я с улыбкой посмотрела на мужа, но он хмурился.
– В чем дело? – поинтересовалась я.
– Ты почему так долго? – недовольно спросил он. – Я уже полчаса один слежу за ребенком!
– Ты один следишь за ребенком всего десять минут, – возразила я. – Это что, так трудно?
– Не трудно, но я хотел посмотреть кино по телевизору, – уже спокойнее объяснил пристыженный супруг. – В программке такой интересный анонс, только послушай: «Он не крепкий перец, зато остряк, каких мало, а его затея с земляничкой приведет к революции…» К сожалению, уголок с названием фильма оторван, только время показа сохранилось: двадцать тридцать.
– Название фильма я тебе с удовольствием подскажу, – сквозь смех сказала я. – Это любимая детишками сказка «Чиполлино»!
– Как – детская сказка? – расстроился Колян. – А я думал, эротический триллер!
– Почему – эротический?
– А к какой революции, по-твоему, могла привести затея с клубничкой? Только к сексуальной!
– Резонно, – весело согласилась я и выгнала огорченного супруга из комнаты.
