На рассвете Юсуф отправился в Дамаск, чтобы присоединиться к Фейсалу. Как и Мухаммед, он хотел, чтобы поскорее настал мир, чтобы он мог жить с Айшей. Он не получал удовольствия от своего брака. Арест тестя в день свадьбы омрачил начало совместной жизни с Айшой. Первые дни они провели в тоске, зная, что Ахмеда приговорят. После того как его повесили, Айша впала в депрессию, от которой ее не спало даже рождение Рами. Но Юсуф любил ее и хотел дать время, чтобы зажили раны.
Жизнь в прежнем доме была для Айши лучшим лекарством. Мать и бабушка баловали ее, как в детстве. Ее единственной заботой было наблюдать, как стареет бабушка — та почти не вставала и потеряла аппетит. Айша боялась, что она умрет, и молилась Аллаху, чтобы позволили Саиде прожить еще несколько лет.
Айша начала получать удовольствие от общения с сыном. Она винила себя не только в том, что ей не хватает молока, но и в том, что не любит его так же безумно, как другие матери своих детей. Всё еще пребывая в печали после гибели отца, она делала все машинально, не замечая ничего вокруг. Но теперь постоянно находилась рядом с Рами, и мальчик прибавлял в весе день ото дня и начал улыбаться.
Она возобновила отношения с Мариной, каждый вечер поджидая ее у дверей лаборатории. Марине нравилось брать на руки Рами, она пела ему и щекотала, чтобы мальчик засмеялся.
— Ты любишь Игоря? — спросила однажды Айша.
— Достаточно, чтобы выйти за него замуж, — честно ответила Марина.
— А я почему-то думала, что ты выйдешь замуж за Михаила, — призналась Айша.
— За Михаила? Да, он очень красив, и я ему сначала понравилась, но с тех пор, как он увидел Ясмин, он больше ни на кого не смотрит.
— А тебе он нравился? — не отставала Айша.
— Да, он хороший парень, но с ним довольно трудно. А впрочем, это неважно. Так или иначе, а я выхожу замуж за Игоря.
— Думаю, вы будете счастливы. Мама говорит, что Игорь очень серьезный и ответственный, и что он будет о тебе заботиться.
Время от времени они вспоминали отцов, Ахмеда и Якова, и это их еще больше сплачивало. Оба погибли по вине разгромленной Османской империи, Айша, как и Марина, ненавидела всех турков.
Они не осмеливались заговорить только о Мухаммеде. Айше хотелось бы этого, но она знала, что может причинить Марине боль, и потому ничего не рассказывала о приготовлениях к его свадьбе с Сальмой.
Мухаммед уже давно был бы женат, если бы не война. Ее брату уже исполнилось двадцать семь лет, как и Марине.
— Мухаммед хочет попросить Самуэля, чтобы тот позволил ему расширить дом, — сообщила Дина дочери.
— Расширить? Но, по-моему, здесь и так достаточно места.
— Боюсь, что уже недостаточно, — ответила мать. — Собственно говоря, это идея твоей бабушки, и, между прочим, совершенно правильная. Сальме не помешало бы иметь парочку собственных комнат, чтобы не натыкаться на нас на каждом шагу.
— Но ведь они будут жить с нами! Мы же будем одной семьей! — возмутилась Айша, вспомнив, что и сама когда-то жила со свекровью.
— Да, мы будем жить одной семьей, но это не значит, что у Сальмы не должно быть своего личного пространства. И знаешь, дочка, что я тебе скажу? Конечно, это давняя традиция — чтобы невестка жила в доме свекрови, но вот сама я не уверена, так ли это хорошо, — призналась Дина.
Айша была совершенно с этим согласна, когда речь шла о ее свекрови, но когда дело касалось Дины, она даже представить себе не могла, что может быть лучше, чем жизнь под крылышком ее матери.
Мухаммед ухаживал за садом и работал в карьере. Но в отличие от отца он не трудился от рассвета до заката, таская камни — Иеремия сделал его бухгалтером.
— Мне нужен человек, которому я могу доверять, чтобы занимался продажей камня и вел счета. Ты учился в Стамбуле, знаешь законы и можешь выполнять эти функции.
Для Мухаммеда это оказалось удачей. Не потому, что он боялся тяжелой работы, в конце концов, на войне он привык к трудностям, но потому что знал — это понравилось бы отцу. Игорь хорошо воспринял это новое разделение обязанностей. Каждый был на своем месте, они хорошо ладили, хотя и не были друзьями. Но оба потеряли отцов от рук турков, и это создало между ними связь даже вопреки собственным желаниям.
Однажды вечером Мухаммед отправился в Сад Надежды, чтобы поговорить с Самуэлем. Рут и Кася уговаривали его остаться на ужин, и он согласился. Он по-прежнему чувствовал неловкость в присутствии Марины, в особенности, когда видел ее рядом с Игорем, но прилагал усилия, чтобы вести себя естественно, как и она.
Ночь была теплой, и после ужина Самуэль пригласил Мухаммеда прогуляться и выкурить по сигарете.
Мухаммед ценил и уважал Самуэля, как и его отец. Ахмед считал его щедрым другом и справедливым человеком.
— Через несколько недель я женюсь.
— Знаю, и от всего сердца желаю тебе счастья. Отец гордился бы тобой. Иеремия не перестает тебя расхваливать, говорит, что дела пошли гораздо лучше, когда ты занялся счетами и переговорами с клиентами.
— Я хотел бы взять в аренду больше земли. Мне нужно расширить дом и сад, надеюсь, что ты не возражаешь.
