Фу ты. Билл Тиллотсон – доктор Билл Тиллотсон, председатель Ассоциации ветеринаров штата Айдахо, в прошлом служивший в морской пехоте, он уже несколько лет приставал к Бобу, чтобы тот выступил с обращением на совместной встрече Ассоциации ветеринаров и Союза ветеранов морской пехоты. В конце концов Боб дал свое согласие, полагая, что это произойдет еще очень не скоро и можно не забивать себе голову. Но вот срок подошел, и обратного пути нет. Это означало, что нужно будет вернуться в Бойсе. Конечно, досадное неудобство, но, быть может, если он на время оторвется от копания в прошлом своего деда, это прочистит ему голову…
– Какие-нибудь неприятности? – спросил Ник.
– Нет. Просто на следующей неделе нужно будет на несколько дней смотаться домой, только и всего.
Только Боб убрал телефон в карман, как тот снова зажужжал.
– Подумать только, каким я стал популярным, – заметил Свэггер, открывая пришедшее сообщение.
На этот раз сообщение было от Джейка Винсента, с адреса его юридической фирмы в Литтл-Роке.
«Перезвони мне», – гласило оно.
Боб набрал номер. Джейк ответил сразу же.
– Отлично. Как дела?
– Зашли в тупик.
– Ну, у меня кое-что есть. Какая-то ерунда, и, возможно, это только еще больше все запутает, но весьма любопытно.
– Не тяни, выкладывай!
– Помнишь тысячедолларовую купюру, не бывшую в обращении, которую мы нашли в сейфе?
– Ну да. Мы как раз о ней говорили.
– Мы вернули ее в казначейство, и там наконец проследили ее путь.
– Пожалуйста, скажи, что ее забрали в банке в Саут-Бенде, семнадцатого июня тысяча девятьсот тридцать четвертого года.
– Хотелось бы, – сказал Джейк. – Но ты прав, купюра была похищена во время ограбления. Двадцать пятого июля тридцать четвертого года. В маленьком городке под названием Мавис, штат Арканзас, у самой границы с Техасом. Всего тогда было похищено шесть тысяч девятьсот пятьдесят пять долларов разными купюрами… и специально заказанная упаковка, пять тысяч пятью тысячедолларовыми купюрами, отпечатанными в Сан-Франциско, по заказу одного чокнутого землевладельца, который не доверял чекам и платил наличными.
У Боба мелькнула мысль, что, вероятно, Чарльза направили в этот городок провести расследование, найти связи с крупными ограблениями. Возможно, он выследил грабителей, разобрался с ними и забрал деньги с их холодных мертвых тел, а начальству доложил, что дело осталось нераскрытым. Остальные деньги Чарльз потратил, оставив одну только эту хрустящую тысячную, которую спрятал в земле. Однако это никак не вязалось с тем образом деда, который постепенно вырисовывался перед Бобом. И он не хотел в это верить.
– Подозреваемые были?
– О да, разумеется. Многочисленные свидетели их опознали. Это было в газетах.
– Малыш Нельсон? – с надеждой спросил Боб.
– Вот тут как раз и начинается полный дурдом. Нет, не Малыш Нельсон. Бонни и Клайд.
– Мне доводилось видеть и побольше, – пробормотал Лес.
– Уж точно не Су-Сити или Саут-Бенд, – согласился Джей-Пи.
Они сидели в «Гудзоне», стоящем напротив отделения Первого национального банка в Мависе, на единственной тенистой улочке, которую мог предложить городок, среди немногочисленных магазинчиков, закусочных, а чуть дальше – скопления жилых домов, смутно виднеющихся в тени деревьев.
Банк стоял на северо-западном углу пересечения Главной и Южной улиц – одноэтажная кирпичная глыба, с двустворчатыми входными дверями, расположенными под углом к перекрестку; фасад, выходящий на Южную улицу, с одним двойным окном, более протяженный фасад, выходящий на Главную, с тремя одинарными окнами. Сплошь белый кирпич; унылая и безрадостная картина, словно сон голландца, скрашенная лишь растущим рядом высоким деревом, которое хоть как-то защищало от жаркого южного солнца.
– Доллары внутри такие же зеленые, как и везде, – заметила Хелен.
– Это ты верно подметила, дорогая, – согласился Лес.
С этими словами он включил передачу, вернулся в редкий поток машин и направился из города. Ему не хотелось привлекать к себе внимание: незнакомец, слишком долго смотрящий на банк из незнакомой машины. В маленьких городах, где никто ничего не замечает, чужаков замечают все. Через несколько миль Лес оказался у выезда на шоссе номер 45, в том месте, где то изгибается на юг и по прочному деревянному мосту пересекает Ред-Ривер, попадая в Техас. Единственное отличие между штатами заключалось в том, на каком берегу реки ты находился: одни и те же бескрайние прерии, тут и там нарушаемые небольшими рощами, много непаханых полей, много развалин, но также несколько добротных фермерских домов, старые сараи с рекламными щитами жевательной резинки, заборы, которые уже ничего ни от кого не защищают, – просто район пыльных бурь во всей его пыльной красе.
