А Барановский просто промолчал, но по лицу его было видно, что он никуда не уйдет, пока не узнает о чем, собственно, речь. Мастерская у телеграфистов действительно была, и унтер скрепя сердце взялся за работу. Дело осложнялось тем, что он не слишком точно помнил схему искрового передатчика и детекторного приемника. Так, в школе проходили… Первым делом он нашел небольшой обрезок доски, в который забил несколько гвоздей. Катушку намотал сам, считая витки, и закрепил ее между двумя гвоздями. Диода, разумеется, взять было неоткуда, так что пришлось обойтись кусочком графита, вынутого тут же из карандаша. Нилов и телеграфисты наблюдали за его манипуляциями с недоверчивым видом, но, слава богу, пока не вмешивались.
– Динамик-то у вас найдется? – хмуро спросил он у наблюдателей. – Ну, телефон хотя бы есть?
– Откуда? – искренне удивился начальник станции. – Это ведь совершенно новое изобретение, такое и в Петербурге вряд ли сыщешь.
– Зашибись! А лампа?
– Какая еще лампа?
– Накаливания, – вздохнул Дмитрий, прикидывая, чем ее можно заменить.
– Погодите, может быть, вы сначала объясните, что хотите получить в результате?
– Это приемник, – пустился тот в объяснения. – Им можно принимать радиоволны, отправляемые с помощью ключа Морзе, как на телеграфе. Нужно только сделать искровый передатчик, но это как раз не сложно.
– И можно будет связываться без проводов? – деловито уточнил Валеев.
– В общем, да. Пока на небольшое расстояние, метров двести, но если удлинить антенну, то на пару сотен километров. Нужен только динамик.
– Как вы думаете, это возможно? – осторожно спросил Нилов.
– Черт его знает! – пожал плечами телеграфист.
– Господа, а может, это и к лучшему, что пока нет всех потребных составляющих? – неожиданно спросил Барановский.
– Почему вы так говорите? – насторожились его собеседники.
– Да вы хоть понимаете, какое значение может иметь подобное изобретение? – горячо зашептал им инженер. – Я даже боюсь представить все возможные последствия, но скажу вам только одно, господа. Эта идея, при правильной организации дела, может стоить миллион!
– Не может быть! – ахнул Валеев.
– Еще как может, но самое главное держать все в тайне. Незапатентованное изобретение имеет смысл, только пока о нем никто не знает.
– Надеюсь, вы не хотите… – недоверчиво протянул мичман, с подозрением косясь на Барановского.
– Послушайте, Константин Дмитриевич, – правильно понял его инженер, – если бы я не был патриотом, пушку моей конструкции сейчас производили бы на заводах Альфреда Круппа! Но я специально приехал с ней в Россию, чтобы именно она получила передовую артиллерийскую систему. И в отличие от вас, я прекрасно знаю, как трудно пробивает себе дорогу все новое. А тут еще изобретение простого солдата. Да у генералов из инженерного ведомства мозги закипят от подобной ереси!
– И что же делать?
– Пока ничего. Эта война скоро закончится, и вот тогда можно будет заняться данным проектом в более спокойной обстановке.
– Но что же делать с Будищевым?
– Боже мой, да разве вы не видите, что он понятия не имеет, какое значение может иметь это изобретение! И наш с вами долг, господа, проследить, чтобы этот аппарат послужил интересам, прежде всего, нашего, горячо любимого отечества, а изобретатель не остался без заслуженной им награды.
– Вы полагаете такое возможным?
– Да просто уверен, что именно так все и будет, если не оказать ему поддержки и, некоторым образом, направить на истинный путь.
– Одно непонятно, каким образом он вообще мог додуматься до этого?
– Простите, а вам не все ли равно? Впрочем, у меня есть одна теория на этот счет…
– И какая же?
– Видите ли, это у него не знание, а умение. Мне приходилось раньше видеть подобное. Вот представьте себе неграмотного мастерового, который слухом не слыхивал о существовании физики, технологии или чего-либо подобного, но может… да что угодно, хоть блоху подковать! Я уверен, что мы имеем дело именно с таким феноменом.
– Ну, вот, готово, – заявил Дмитрий шушукающимся в сторонке господам. – Ни динамика, ни лампочки, к сожалению, у нас нет, но я решил, что для демонстрации подойдет и ваш гальванометр.
– Но для чего?
– Улавливать радиосигналы. Короче, смотрите сами, – пожал плечами унтер и стал замыкать и размыкать ключ.
– Мистика, – потрясенно прошептал Валеев, наблюдая, как стрелка прибора колеблется вслед за работой ключа.
– Никакой мистики, – хмыкнул в ответ Будищев. – Просто техника на грани фантастики. Кстати, если на место гальванометра установить динамик, то можно будет слышать сигнал.
– Сигнал?
– Ну да, сигнал. Щелчок или писк, хотя я думаю, сначала все-таки будут щелчки. Но это решаемый вопрос.
– Ну-ка, – решительно протянул руку Нилов и, убедившись, что все работает, требовательно спросил: – Так говоришь, только динамика не хватает?
– Так точно.
– И когда ты это придумал?
– Да так, – скромно пожал плечами Будищев, – в перерывах между одолением неприятеля и соблазнением невинных дев!
