Что поразило напарников, так это количество людей, которые были на пиратском корабле. Они ползли на вражеский корабль один за другим, и все не кончались – такое чувство, что где-то в трюме сидели мужчина с женщиной и творили чудеса, которым позавидовал бы целый вольер кроликов. А иначе как все эти бравые парни там разместились? Они что, на головах друг у друга сидели?
Драка на палубе взятого на абордаж корабля закипела нешуточная. Безо всякого подобия строя, настоящая собачья свалка, как будто ком из тел катался между надстроек. Однако отчаянное сопротивление было обречено с самого начала – пираты банально задавили обороняющихся числом. Хорошо еще, что с того расстояния, откуда велось наблюдение, деталей было не рассмотреть даже в бинокль – ни Александр, ни Павел чистоплюйством не страдали и жмурики на счету были у обоих, но мясорубка, которая творилась там, была устрашающа даже издали. Они же привыкли стрелять издали, а не улыбаться при виде массовой расчлененки – все же нервы у предков были куда закаленнее.
Разделавшись с обороняющимися, пираты запихали немногочисленных уцелевших в трюм, после чего занялись спешным ремонтом обоих кораблей. Все же дисциплинка у них была что надо – никакого намека на буйную вольницу, по которой так любят проходиться писатели. Никто не спешил заниматься грабежом, зато расчищали палубы, выкидывая за борт убитых, и устраняли повреждения все вместе, быстро, дружно и без чьих-либо понуканий. Оно и понятно – напарники были ни разу не моряками, но даже они ясно видели, что две неуправляемые, серьезно поврежденные скорлупки пойдут на дно в первый же шторм. А если не выкинуть мертвецов, то под жарким солнцем они моментально протухнуть, и находиться рядом с ними будет невыносимо для нежного человеческого носа. Да и потом, заразу они будут распространять наверняка – в общем, правильное решение с точки зрения гигиены. Правда, вместе с мертвецами за борт наверняка отправлялись и тяжелораненые, во всяком случае, те, что пытались защитить свой корабль, наверняка, но тут уж ничего не попишешь. Во-первых, они были все равно обречены – со вспоротым животом не выжить, и местная медицина тут не поможет, а во-вторых, нравы здесь были простыми, и с врагами церемониться было не принято, да и зачем они были нужны победителям? Ради выкупа, который то ли заплатят, то ли нет? Если верить тому, что в свое время читал Александр, таких пленных, за которых, в конечном итоге, так ничего и не заплатили. У пиратов и без этого был вагон.
Ночь корабли провели в море, но утром, с первыми лучами солнца, двинулись в бухту. Было видно, что пиратский корабль слегка осел, но повреждения, очевидно, были не смертельными – он шел впереди и руля слушался уверенно. Трофей держался позади него, и тоже управлялся без видимых усилий – очевидно, корабельные плотники здесь были мастерами своего дела. На мачтах обоих кораблей были только нижние паруса, ветер был несильным, и процесс занял приличное время, но часам к одиннадцати оба корабля уже бросили якоря в бухте.
И вновь пираты удивили напарников. Вместо того, чтобы сразу же начать высадку, дать отдых экипажу и начать дележ захваченной добычи, благо корабль их расположился в укрытой от ветра бухте, они отправили на остров только небольшую группу. Та быстро заполнила прихваченные с собой бочки свежей водой из реки и вернулась на корабль. Остальные же матросы все это время возились как раз на нем – очевидно, перемещая груз, потому что вскоре корабль начал ощутимо крениться, и через некоторое время на поднявшейся из воды части борта стала видна пробоина. Похоже, во время боя ее наскоро залатали чем-то изнутри, а сейчас, воспользовавшись подвернувшейся оказией, ремонтировали уже всерьез.
Как только пробоина оказалось над водой, вокруг нее сразу же началась возня, застучали топоры и поплыли над водой разговоры, громкие и эмоциональные. Кое-как владеющий английским аспирант моментально определил, что это – староанглийские аналоги русского мата, которые, тем не менее, заметно уступают в богатстве и сочности идиомам, высказанным на великом и могучем. Впрочем, это Александр, несмотря на свои школьные "Дую спик инглиш? – Дую, дую, но не очень", понимал и сам – не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, о чем и, главное, какими словами говорят плотники, которым выпала незапланированная работа.
С ремонтом пираты провозились до самой ночи, и на берег высадились только на следующее утро. К тому времени корабль уже стоял на ровном киле – видать, ночью времени зря не теряли, переместив груз в прежнее положение, и даже воду, похоже, откачав. Во всяком случае, осадка корабля заметно уменьшилась.
