В конце своего рассказа я попросил отца Михаила меня окрестить по православному обряду. А то мой покойный отец еще в Техасе мне завещал креститься в православную веру. И русский священник провел этот церковный обряд с большой радостью, посетовав при этом, что давно уже местные индейцы у него не крестились. Раньше то аборигены более охотно переходили в православие. Но когда русская колония перестала официально существовать. То индейцы, живущие неподалеку, сразу же утратили веру. И повыбрасывали православные кресты, надев снова свои языческие обереги из когтей и зубов животных.
Мда! Ну, что тут скажешь? Я почему-то даже не удивлен. Если уж в двадцать первом веке индейцы продолжают упорно верить в духов. То о чем тут можно говорить в середине девятнадцатого века. Ведь местные аборигены увидели, что бог русских ослаб. Раз это русское поселение перешло под другую власть совсем не православных людей. А значит, такой слабый бог индейцев не защитит. Другое дело – духи, в которых верили все индейцы. Поэтому я и не удивлен, что здесь такое случилось. Вера в Христа чужда индейцам. У них другие боги, которые им помогают. А Христос – это чужой бог белых людей.
Зачем я крестился по православному обряду? Нет, я не поверил резко в Бога. Я убежденный атеист. Даже несмотря на мое чудесное попадание в этот мир, я в конкретного Христа не верю. Думаю, что его придумали сами люди, которые вечно ищут сверхъестественные силы в разных странных событиях, происходящих в мире. Просто раз я буду иметь дело с русскими людьми, то мне надо быть для них своим. Таким же русским и православным человеком, а не непонятным иностранцем. Так мне русские будут больше доверять. Я же здесь планирую возглавить именно русскую общину. И русские традиции с языком на моей земле хочу сохранить. Чтобы тут появился самодостаточный русский анклав. Который будет влиять на всю Калифорнию. Вот такие у меня наполеоновские планы созрели. Еще когда я был с Кольтом в Российской империи. Может быть это звучит пафосно и глупо? Возможно и так. Но я, все равно попробую воплотить свою задумку в жизнь.
В самом Форте Росс сейчас кроме часовни располагалось: несколько жилых домов, кузня, амбар, баня и конюшня. Эта русская деревянная крепость была построена довольно грамотно на холме, ограниченном с двух сторон обрывистым морским берегом. Возле крепости виднелись поля и дома местных жителей. Большая часть которых были опустевшими на данный момент. Кроме этого на моей земле располагались еще три крупных поселка-ранчо: ранчо Черных, ранчо Хлебникова и ранчо Костромитинова. Про реку Славянка я уже говорил ранее. Вдоль нее на моих землях располагались небольшие хутора местных жителей. К сожалению, многие из них были к этому времени покинуты людьми, уехавшими в Россию или на Аляску. Да, и теперь на моей территории всего проживало сто тридцать человек. Из них только сорок шесть человек были раньше российскими подданными, а остальные являлись местными индейцами, алеутами, завезенными сюда из русской Аляски или креолами. Ах, да! Еще в пятнадцати милях к югу от Форта Росс располагался порт Румянцева в заливе Бодега. Там тоже небольшое поселение имелось и даже верфь корабельная была. Но сейчас она оказалась полностью заброшена. Так как мастера, работавшие когда-то на ней, просто уехали из этих мест. Вот такая мне досталась собственность, запущенная и безлюдная. И пока весь этот вид всеобщего запустения выглядит очень печально. Всегда тяжело смотреть на места, брошенные людьми. Они депрессию вызывают.