Его звали Джузеппе Виола. И он мне поведал очень интересную и поучительную историю о краже чужих идей. Оказывается, сам сеньор Виола был когда-то учеником итальянского химика Асканио Собрера. Который в 1847 году синтезировал нитроглицерин. Когда он работал под руководством Теофиля-Жюля Пелуза в Туринском университете. Так вот слушайте дальше! Тот самый Альфред Нобиль недавно украл изобретение Асканио Собреры и запатентовал нитроглицерин на свое имя. После этих слов итальянца у меня окончательно испарились последние крохи стыда за то, что я хочу присвоить себе идею изобретения динамита раньше Альфреда Нобеля. Хрен ему, а не динамит. Этот гад сам ворует идеи у своих коллег, а потом выдает их за свои собственные. И очень неплохо потом на этом зарабатывает. Но теперь патента на динамит Нобелю не видать как собственных ушей. Перетопчется как-нибудь. Экспроприация экспроприаторов. Она такая! Мне эти деньги больше пригодятся. Вот честно. После этого мне даже как-то на душе легче стало. А то ведь иногда меня нет-нет, а все же колола совесть за то, что я беззастенчиво выдаю чужие идеи за свои.
В общем, я взял на работу этого Джузеппе Виола и не прогадал. Он, действительно, оказался грамотным химиком. А главное – он умел работать с таким опасным веществом как нитроглицерин. И вскоре даже смог его синтезировать. После чего, получив от меня подробные инструкции, начал экспериментировать с приготовлением динамита. Так как нитроглицерин у нас теперь был. А абсорбирующей почвы типа кизельгур тут было навалом вокруг. Все же Китежленд располагается на океанском побережье. Поэтому с ингредиентами для динамита проблем не возникло. И в конечном счете итальянец смог через две недели экспериментов представить мне рабочий образец динамитной шашки.
Кстати, с запалом он тоже быстро управился. Я ведь вспомнил, что для инициации взрыва динамита в запале использовалась гремучая ртуть. Поэтому Джузеппе Виоле тут даже особо ничего придумывать не пришлось. Просто взял латунную гильзу от винтовки. Засыпал туда порцию гремучей ртути, которую он тоже сам и синтезировал в своей лаборатории в Форте Росс. Точнее говоря, химическую лабораторию я распорядился построить за пределами периметра стен Форта Росс. Я же прекрасно знал, какими опасными опытами итальянский химик там будет заниматься. Эксперименты со взрывчатыми веществами довольно опасны. И часто приводят к взрывам. Если ваш эксперимент вдруг пойдет не так. Поэтому от греха подальше мы и возвели лабораторию Джузеппе Виолы и динамитную фабрику подальше от стен Форта Росс, в котором теперь проживаю и я сам вместе со своей семьей.
Хорошо, что хоть огнепроводный шнур нам изобретать с ноля не пришлось. К этому моменту тут уже такую полезную для саперов приблуду придумали. Чтобы бочки с черным порохом подрывать дистанционно. Поэтому у нас получилась динамичная шашка, похожая на длинный цилиндр. Шашка имела оболочку из плотной бумаги, покрытой лаком для защиты от влаги. В один конец шашки вставлялся запал, к которому уже можно было прикрепить огнепроводный шнур различной длины. Испытав динамит на импровизированном полигоне. Я остался доволен работой итальянца. И выдал ему солидную премию. Заслужил! Молодец!
Конечно, и это изобретение я тоже поскорее оформил патентом на свое имя. В Америке и Европе. Кстати, в Париже и Лондоне это сделали мои доверенные люди. И теперь я мог быть спокоен за то, что это изобретение динамита у меня никто ушлый не украдет. Никакой Нобель или еще кто-то. Динамитную фабрику я начал строить еще до того, как Джузеппе Виола предоставил мне готовый результат своих экспериментов. Я же заранее знал, что эта идея стоящая. Что она сработает на все сто процентов. Хорошо быть попаданцем, который знает, что будет дальше. Это же самое натуральное читерство получается. Все попаданцы в прошлое – это настоящие жулики. Они же всегда присваивают чужие идеи и изобретения, выдавая их за свои. И чем тогда я хуже них? Что? Совесть? Нет, меня она не мучает. Мне все эти изобретатели, чьи идеи я так коварно скоммуниздил, просто чужаки и незнакомцы. Они мне никто. И я им ничего не должен.
Выпускать динамит мы начали довольно быстро. Ведь с его изготовлением особых проблем не возникает. Не нужно там иметь какие-нибудь навороченные станки с программным обеспечением или высококвалифицированных работников с двумя высшими образованиями. Со смешиванием ингредиентов в правильной пропорции хорошо справлялись даже малограмотные крестьяне, делавшие это вручную или при помощи незначительной механизации труда. Конечно, они это делали под присмотром Джузеппе Виолы, которого я назначил директором динамитной фабрики. Чему этот итальянец был очень рад. Это же была работа его мечты, напрямую связанная с его любимой химией. Ну, и зарплату он при этом тоже получал очень приличную. Из нищего эмигранта Джузеппе Виола скоро стал довольно уважаемым в Китежленде человеком. И за это он мне был очень благодарен. Так как это я вытащил его из отчаянной нищеты, в которой этот итальянец до этого прозябал в трущобах Сакраменто.