Поэтому все происходило очень быстро. Губернатор вызвал к себе командира ополчения Калифорнии Уильяма Шермана. Кстати, этого человека я тоже неплохо знал. Еще одна легендарная личность, между прочим. Генерал Шерман будет служить в Армии Северного Союза и прославится в боях против южан в ходе Гражданской Войны в США 1861-1865 годов. Но сейчас и здесь губернатор Джонсон назначил Шермана командовать местным ополчением, которое должно было подавить мятеж в Сан-Франциско. Однако, из-за нехватки оружия ополченцы просто оказались небоеспособны. Поэтому Уильям Шерман тоже заметно обрадовался, когда узнал, что я хочу выдать в аренду ополченцам Калифорнии три сотни современных магазинных винтовок и карабинов. Вместе с боеприпасами к ним. Ну, а присоединение моей роты из сотни бойцов из Китежленда он воспринял с большим энтузиазмом. Заявив, что им такая помощь явно не помешает. И хотя в ополчении штата Калифорния сейчас официально числилось несколько тысяч человек. Но на самом деле Уильям Шерман смог собрать для боевых действий только три сотни стрелков, которых и было решено вооружить моим оружием.
По данным разведки у наших противников в Сан-Франциско сейчас имелось около тысячи бойцов. Однако, тут надо было учитывать тот факт, что «Комитет бдительности» – это вам не регулярная армия. Поэтому вооружены те люди были не очень хорошо. И в большинстве своем были обычными обывателями и мирными горожанами. Которые просто не умели воевать нормально. И я сильно сомневаюсь, что прямо все члены этого самого «Комитета бдительности» будут с нами воевать до последней капли крови. Это собравшись толпой, чтобы линчевать и повесить какого-нибудь безоружного бедолагу. Эти кадры все были смельчаками. А вот когда они столкнутся в бою с хорошо вооруженными противниками. И кругом начнут свистеть пули. То многие из тех любителей суда Линча просто разбегутся от греха подальше, спасая свою жизнь. Я в этом просто уверен.
Подготовка нашей небольшой армии много времени не заняла. Так как губернатор Джонсон и Уильям Шерман были настроены очень решительно. Еще и из-за того, что бунтовщики их прилюдно унизили, отказавшись с ними вести переговоры и демонстративно повесив у них на глазах несколько человек при этом. Полностью тем самым наплевав на власть, закон и его представителей в лице губернатора и командира ополчения Калифорнии. В общем, такое оскорбление тут смывалось только кровью. И я тоже горел желанием лично поквитаться с расхитителями моей собственности. Поэтому я тоже принимал личное участие в этой военной кампании против мятежников Сан-Франциско.
С собой я взял в этот бой пятнадцать гвардейцев и восемьдесят пять ополченцев из Китежленда. Все эти мои ополченцы были, кстати, добровольцами. Я русским переселенцам пообещал хорошую плату за участие в этой военной авантюре. Поэтому от добровольцев у меня отбоя не было. И я смог выбрать из них самых лучших стрелков. Ну, а мои гвардейцы и так обязаны были следовать за мной. Я же их ради таких случаев как-раз нанимал и платил очень приличную зарплату. Да, и истосковались бывшие канзасские джейхокеры по хорошей драке. Скучно им было в Китежленде. Поэтому поход на эту небольшую войнушку с «Комитетом бдительности» они восприняли с огромным энтузиазмом. Конечно, и им за участие в боевых действиях была обещана солидная премия. Я считаю, что люди не должны воевать за бесплатно или за жалкие гроши. Как это сейчас практиковалось во многих европейских армиях. Я же достойно буду платить своим людям за риск. Так будет честно по отношению к ним. И еще больше укрепит их преданность и лояльность лично мне.
Уже 26 мая 1858 года наша маленькая армия подошла к пригородам Сан-Франциско. Мятежники наше появление ушами не прохлопали. В принципе, это и неудивительно. Ведь о сборе ополчения, которое должно было идти воевать с «Комитетом бдительности», в Калифорнии не знал только ленивый или глухой. Слухи в этих местах без всякого интернета распространялись с очень большой скоростью. Поэтому к нашему подходу мятежники нас уже поджидали в полной боевой готовности. Бойцы «Комитета бдительности» заняли позиции на южной окраине города Сан-Франциско и приготовились дать нам отпор. При этом у них даже две пушки имелось в наличии. А стрелки засели от них на флангах в импровизированных баррикадах, перегораживающих улицы.
Мы с Шерманом, которому губернатор присвоим звание генерал-майора ополчения Калифорнии, наблюдали с высокого холма за противником. Кстати, мне тоже Джонсон щедрой рукой присвоил звание полковника ополчения. И я считался заместителем генерала Шермана сейчас. У нас, пушек не было, кстати. И это могло стать огромной проблемой. О чем Шерман мне и сообщил, когда прекратил рассматривать позиции врагов в свою подзорную трубу. На что я ответил, что мои снайпера с этой проблемой могут легко справиться. Генерал скептически хмыкнул, но все же выслушал что я ему предлагал. Потом немного подумал и согласился попробовать.