Карл глянул поверх своего журнала, и Элейн, расхаживавшая вокруг, подбежала к краю койки… В ее глазах стояли слезы.
— Я так переживала, — это было все, что она смогла из себя выдавить.
— Какой сегодня день? — спросил я.
— Воскресенье. Каким-то образом ты упал с кровати и ударился головой в четверг утром.
— Я был без сознания три дня! — воскликнул я, не поверив ушам.
— Да. Доктор считает, что сначала ты ударился головой о ночник, а потом об пол. И из-за этого двойного удара у тебя теперь серьезное сотрясение. Мы все очень переживали, — сказал Карл с улыбкой облегчения.
Медсестра вернулась и измерила мой пульс и остальные жизненные признаки, сообщив, что все основные показатели в норме и что доктор появится в скором времени. «В данный момент, — сказала она, — вам следует отдохнуть».
В течение следующих двадцати минут я пересказывал всю историю моего пробуждения в своем десятилетнем будущем и встречу с самим собой. О том, чему я научился, и о том, какой теперь я вижу свою карьеру и свою жизнь. Я даже рассказал Карлу об игре в гольф в Пэбл Бич, на что он мне ответил, что это звучит замечательно и что мы должны запланировать игру на ближайшее будущее, после окончания сезона уплаты налогов, разумеется.
Пока мы ожидали визита доктора, я внезапно вспомнил о странице, которую вырвал из книги, но просмотрев свои вещи, не нашел ее.
Все произошедшее было так реально, что теперь практически невозможно поверить в то, что это был сон.
Но это действительно был он… сон, и только.
Сентябрь очень часто бывает самым жарким месяцем в году в Южной Калифорнии, и этот год не стал исключением.
Я вышел из «Катласса», посмотрел на часы, и, схватив дипломат, зашагал по направлению к входу в штаб-квартиру «Кэллэвей-Гольф». Согласно моим записям я звонил в штаб-квартиру гиганта гольф-индустрии четыре раза и имел на своем счету семнадцать «нет» от трех разных ее сотрудников.
С момента моего возвращения на работу после сотрясения на протяжении последних пяти месяцев я занимал первое место среди продавцов компании и имел серьезные намерения стать продавцом года. За последние полгода я заработал больше денег, чем за любой из прошедших годов. Однако моей персональной гордостью было количество неудач, постигшее меня в попытках совершить очередные продажи. Я был глубоко уверен, что, пока мои показатели в этой сфере высоки, ничто не сможет остановить меня.
Прямо с рецепции меня провели в офис вице-президента компании Роберта Меррилла. Он поприветствовал меня и предложил кофе. Это была моя первая встреча с Мерриллом.
— Не люблю начинать с плохого, молодой человек, — начал Меррилл, — но, звоня нам, вы попусту тратите ваше время. Мы вполне довольны нашим нынешним поставщиком и подумываем о том, чтобы заключить с ним договор на трехлетнее сотрудничество. Однако вы производите впечатление решительного молодого человека, поэтому… удивите меня своим лучшим 15-минутным рассказом, — сказал он, снимая свой «Ролекс» и кладя его на стол, тем самым давая понять о буквальности своего высказывания.
По истечении дозволенных пятнадцати минут Меррилл очень вежливо ответил мне «нет» во второй, третий и четвертый разы. В то же время он сказал, что кое-что из сказанного мной понравилось ему, и посоветовал мне договориться с его секретарем о второй встрече, добавив, что, возможно, они не так закрыты, как он считал.
Я провел пять встреч с четырьмя разными людьми, получил 21 «нет», но, как я и думал, окно возможности, наконец, все же открылось.
Уже собираясь выходить, я заметил кое-что, остановившее меня. На стене висела фотография, изображавшая седьмой грин в отеле «Ла Коста Резорт».
— Вы играете в гольф? — спросил меня Меррилл.
— Не так хорошо, как хотел бы, но я выбираюсь на площадку несколько раз в месяц, — сказал я, все еще глядя на фото.
— Это седьмой грин в «Ла Коста Резорт», — сказал он, — я член этого клуба: нам следует сыграть как-нибудь.
— Готов поспорить, что это фото было сделано с балкона вашего дома, того, который неподалеку от спальни над залом, — сказал я с уверенностью.
— В общем-то, верно! Но откуда вам это известно?
«Ведь я уже был там», — хотел я сказать.
— Просто догадка, — отозвался я.
— Это прекрасный дом. К сожалению, скоро он перестанет быть моим.
— Вы переезжаете?
— Пока что нет… Через несколько лет, возможно, — ответил Меррилл. — Есть еще много того, чего бы я хотел достичь, находясь здесь, но моя жена настаивает на Скоттсдейле. Именно туда мы переедем, когда выйдем на пенсию.
Засунув руку в карман, я достал оттуда одну из моих визитных карточек и, написав на ней свой домашний номер, вручил ее Мерриллу.
— Когда вы будете готовы продавать дом, не тратьте время на звонки брокеру по недвижимости. Я тот, кто купит ваш дом.
— Вы очень уверенно это говорите, — ответил Меррилл.
— Я не просто уверен, — сказал я в ответ, — это моя судьба.
