Монстр, уразумев, что дракон на уловку не поддался, издал скрежещущий звук и, раскрыв свою немалую пасть, прыгнул на Валерку. Навстречу ему рванулся язык пламени из пасти выдохнувшего дракона. Скрежет перешел в рев обожженного страшилища. Валерка, приняв прыжок на грудь, отшатнулся. Он извернулся и, ухватив хрыстуна за лапу, рванул за нее в сторону. Чудовище тяжело рухнуло на землю. Метнулась пасть дракона в направлении его глотки. Дракон вцепился в горло твари с мрачным упорством. Туши сражающихся покатились по поляне, ломая молодые и не очень крепкие деревца, и сгинули в кустах, росших по краю поляны. Треск и шум стоял неимоверный. Клокочущие и хрипящие звуки раздавались из чащи. Потом все стихло.
Мы напряженно ждали – чем там все закончилось?
– Насколько я знаю, хватка у драконов смертельная, – прочистив горло, заговорил Онтеро. – Если уж Валери удалось ухватить эту зверушку за горло, то не отпустит, пока не перекусит.
В лесу что-то зашуршало, и на край поляны вышел Валерка. Он отряхивал с плеч и груди листья и хвою.
– Блин! – изрек он. – Кусается, что твоя собака! Сема, посмотри на мою ногу. Болит, зараза! Она ему в пасть попала, пока мы тут кувыркались.
Валерка уселся на траву и закатал штанину. М-да, вот уж не думал, что укушенный дракон перетащит свою рану на человеческую ипостась. На ноге Валеры кровоточила серьезная рана. Семен засуетился, подстелил чью-то одежду и уложил на нее «ранютого». Протянул над раной ладони, закрыл глаза и что-то зашептал. Кроули, прищурившись, внимательно наблюдала за пассами Семена.
Из ладоней Семы, клубясь, начала опускаться какая-то зеленоватая субстанция. Она окутывала рану и держалась на ней.
– …хасторре! – выдохнул Семен и опустил руки.
Зеленое облако в тот же миг растаяло, являя миру чистую зажившую кожу.
– Хех! – сопроводил это зрелище Онтеро.
– Напортачил ты, Семен! – вздохнул я. – Никуда твоя работа не годится!
– Это еще почему? – возмутился Сема.
– Влад, что ты несешь? – вторил ему Валерка. – Я себя отлично чувствую!
– Хотелось бы знать, чем вызваны твои слова, айранит? – спросила Кроули.
– Наверное, он что-то заметил, – проговорила Катрина, вопросительно глядя на меня.
– Шрама не осталось! – Я обвиняюще ткнул пальцем в сторону ноги Валерки. – А мужчину именно они и украшают, между прочим. Вот будет он когда-нибудь рассказывать подрастающему поколению о своих подвигах, а подтвердить-то ему будет нечем. Скажет подрастающее поколение ему: «Да врешь ты все, дед!» Был бы шрам – это другое дело!
– Это да, – покивал Онтеро, глубокомысленно теребя нижнюю губу. – Шрама-то нет. Не поверят. Да и женщины тебя, дракон, любить не будут. Ну какая любовь без шрамов?
Я услышал, как рядом похрюкивает, стараясь сдержаться, Катрина. Но Кроули и Семен юмора не просекли. Они искренне недоумевали, чем вызвана критика.
– А что, там шрамов действительно не осталось? – голосом умирающего поинтересовался Валерка.
– Абсолютно чистая и здоровая кожа! – изрекла Кроули. – Я не понимаю, чем вы недовольны? С чего вы взяли, что женщинам нравятся безобразные шрамы?
– Село! – обвиняюще ткнул в нее пальцем Валерка. – Классику не знает!.. Но на самом деле спасибо тебе, Семенэль! Уже ничего не болит. Ты меня спас.
– Так бы и сразу! – сменил гнев на милость Сема, погрозив мне кулаком. – Погоди, Влад! Вот шарахнет тебя чем-нибудь, я тебя похожим на стиральную доску сделаю! Ты у меня из одних только шрамов и состоять будешь!
– Только со мной посоветуйся! – уже откровенно расхохоталась Катрина. – Я тебе подскажу, где они будут выглядеть особенно пикантно!
– Лучше пристрелите меня! – трагически воскликнул я. – Только не отдавайте в руки этого коновала!.. Эй! А дед-то спит. Кроули, приводи его в себя! Парни, всем преобразоваться в человеков! Не хватало, чтобы у него еще крыша поехала от нашего интернационала!
– От чего? – отвлеклась Кроули от легкого похлопывания старика по щекам.
– Потом объясню, – отмахнулся я. – Ну что? Очнулся?
– Вот! – сказала Кроули и поднялась на ноги. – Принимай! Живой.
– А? – Старик резко сел, испуганно поводя глазами по сторонам. – Хрыстун!
– Да нет его, нет, – успокаивающе сказал я. – Ушел он.
– Как ушел? – не понял старик.
– А Валери ему «козу» показал, он обиделся и ушел.
– Страшную «козу»! – самодовольно сообщил Валерка, развалившись на наших вещах.
– Какую козу? Вы что такое говорите? Да хрыстуны так просто не уходят, – трагически проговорил дед. – Наверное, я сошел с ума.
– Ну почему же? – рассудительно заговорил Семен. – Вот мы все сидим здесь, у костра, а хрыстуна нет.
Дед еще раз оглянулся по сторонам, а потом решительно ущипнул себя за мягкое место. Обстановка не изменилась, и это несколько успокоило.
– А теперь рассказывай! Кто ты? Откуда? И как оказался здесь? Малюхи-то далеченько отсюда будут.
– Я знахарь из Простран, – начал рассказывать старик, время от времени все же пугливо оглядываясь. – Саймон я. Позвали меня в Малюхи роды принимать. Случай нелегкий. А то бы они сами справились. Провозились до первых звезд.
