Походив по кабинету, сделав дыхательную гимнастику и получив вторую чашку кофе, Аглям наконец решился. Уверенным движением достал он бумаги из первой папки – там оказался известный московский застройщик, – прикрыл глаза… И разочарованно понял, что эти ребята будут спокойно платить, а через восемь лет, числа пятнадцатого сентября, видимо, обанкротятся. Теперь пусть плановый отдел считает: может, все равно будет выгодно дать им деньги. Его дело сказать, как все будет и когда, остальное – не его печаль.
Вторая папка, сеть барбершопов. Невозврат через полтора года. Мертвая история. Третья, инвестиционная компания, – досрочный возврат через три года. Прекрасно. Одобряем. Четвертая, завод по производству бетона, – снова начало невозвратов через восемь лет, примерно тогда же, когда и у застройщика. Аглям усмехнулся – он давно понял, что дар позволяет ему предсказывать начало экономических и отраслевых кризисов. Похоже, строительную отрасль ждет что-то плохое. Пузырь на ипотечном рынке? Возможно. Аглям поставил пометочку себе в календарь: через семь лет нужно успеть продать недвижимость, пока цены не упали.
Пятая (и последняя на сегодня, решил Аглям) папка, российская финтех-компания, очень успешный прошлогодний стартап, который не стал продаваться акулам бизнеса, а решил расти самостоятельно за счет кредитов. «Интересно». Аглям прикрыл глаза. Регулярные выплаты в течение восьми лет, а потом, в середине сентября, полная остановка. Аглям задумался. Он был вымотан, пора было прерваться, но любопытство взяло верх. Шестая папка, снова застройщик – нет, не пойдет. Так, запрос на пятнадцатилетний кредит от крупного алмазодобытчика. Ужасные подозрения Агляма подтвердились: через восемь лет пунктуальных платежей – невозврат. Что же это такое? Пора было все-таки сделать паузу. К тому же надо было проверить одну – очевидную – гипотезу.
Шарафутдинов снял трубку и позвонил своему ангелу-хранителю Ивану Чистобородову. Ослабил галстук, медленно выдохнул.
– Слушай, у меня к тебе важная просьба. Отправь, пожалуйста, официальный запрос от банка мне на кредит сто тысяч долларов на десять лет.
– Аглямыч, у тебя что, деньги закончились? На фига тебе кредит, я тебе так одолжу.
– Да нет, ты не понял. Я хочу, чтобы банк попросил кредит у меня.
– Ты там совсем обдолбался, что ли? – Он подозревал, что Аглям иногда балуется кокаином. – Скорую вызывать?
– Тьфу на тебя! Слушай, мне просто нужно проверить одну гипотезу. Это важно. И еще один запрос напиши от себя лично.
– Не знаю, что за хрень ты там мутишь, но чего не сделаешь для дорогого друга, который зарабатывает нам такие бабки…
Аглям не стал поддерживать его шутливый тон и положил трубку. Лучше пока все держать при себе, а то еще сочтут паникером. Через полчаса ему принесли бумаги. Худшие опасения подтвердились: выплаты по обоим кредитам прекратятся через восемь лет в сентябре. Значит, либо обанкротится сам банк (довольно маловероятно, учитывая динамику его развития), либо через восемь лет случится резкий коллапс российской экономики, решил Аглям…
Еще одна ужасная гипотеза пронзила сознание Агляма. А что, если не только российской? Он молнией метнулся к столу, где лежали долгосрочные заявки. Так, телекоммуникации, сеть ресторанов, еще одна сеть ресторанов… Ага, заявка от французских судостроителей. А вот – от австралийских производителей солнечных батарей. Аглям напряг последние силы и закрыл глаза. Твою ж мать…
Конечно, все было перепроверено сотни и даже тысячи раз, он прокручивал в голове множество гипотез, связывался с банками по всему миру, предлагая «потестировать» на их долгосрочных заемщиках «новый алгоритм скоринга», но результат оказывался неизменным – через восемь лет в сентябре произойдет что-то чудовищное и все перестанут платить по долгам. Четырнадцатого сентября 2032 года мир рухнет. Причем именно мир, а не экономика. Аглям, конечно, разленился, но он все еще умел работать со статистикой. А статистика говорила, что даже в случае тотального экономического краха невозврат долгов не может случиться у всех сразу. Всегда найдутся запасливые и добропорядочные люди, которые будут возвращать долги, несмотря на экономическую конъюнктуру. Всегда найдутся компании, которые будут умирать медленнее других, так что и возвраты долгов будут мелеть постепенно.
Да, бывает такое, что несколько компаний одновременно не в состоянии платить по кредитам, но чем больше Аглям анализировал, тем больше приходил к выводу: через восемь лет всех ждет абсолютно невозможное в рамках существующей экономики событие. Ни мощнейший экономический кризис, ни эпидемия, ни повсеместное отключение системы SWIFT не могли привести к такому исходу. Аглям решил, что, скорее всего, это будет ядерная война на уничтожение либо еще что-то, что приведет к массовой и резкой гибели всех людей.