– Все мои сотрудники получают очень хорошие деньги – так я могу рассчитывать на преданность и безропотное подчинение. Однако, как вы знаете, донна, гнилые фрукты могут встретиться в любой корзине, – жёстко отвечает Вебер, делая глубокую затяжку. – Некоторым всегда мало. Впрочем, возможно, ей было мало не денег.
– Вы сейчас прозвучали несколько по-ханжески, – замечает Марго, сбрасывая пепел с сигареты. – Но я поняла, что вы уволили Сару Уокер за то, что она перестала делить работу с подработкой.
– В чем же мое ханжество, донна? – интересуется собеседник, поворачиваясь к Маргарите. – Да, я часто меняю женщин – они мне быстро надоедают, но я никогда не создаю гарем. У меня никогда не было двух или больше любовниц сразу.
– Крайне ценная информация, но мы говорим не о вас, а об убитой, – отзывается Марго, отойдя под навес – с неба начинает накрапывать дождь. – Среди ее «гарема» был кто-то странный? Подозрительный? Возможно, вы что-то слышали?
– Я не опускаюсь до уровня подобных сплетен, – Вебер, не двигаясь с места, запрокидывает вверх голову и прикрывает глаза, чувствуя, как на лицо капают холодные капли. – Я видел своими глазами, что она творила во время выступления, стараясь найти клиента. У меня не публичный дом.
– Можете сколько угодно считать себя выше всей этой «земной суеты», мистер Вебер, вот только порой и случайно подслушанный разговор может спасти чью-то жизнь. Вашу – в том числе, между прочим, – Марго тушит сигарету об урну и выбрасывает, прежде чем развернуться и зайти в здание.
«Невыносимый человек. Вроде бы ничего такого хамского в этот раз и не сказал, а все равно вывел. Вот неужели он таким был с самого детства?»
– Мисс, можно вас? – раздаётся неуверенный оклик.
Маргарита, идущая по ярко-освещенному коридору, останавливается и оборачивается. Одна из дверей приоткрыта и оттуда как-то очень неуверенно выглядывает совсем молоденькая девушка лет шестнадцати. Не больше.
Оглянувшись по сторонам ещё раз, и убедившись, что никого вокруг нет, Марго скорым шагом направляется к приоткрывшейся двери и заходит внутрь крошечной комнаты, в которую ее позвали.
При ближайшем рассмотрении, девчушка и правду оказывается совсем юная – возможно, даже ещё школьница. Благо, не в халате поверх костюма, как те женщины, с которыми она говорила для этого. Маргарита узнает в ней виденную недавно маленькую гардеробщицу и выдыхает, обрадованная, что этот ребёнок оказался в таком месте не в качестве актрисы для развлечения мужчин.
– Я слышала, вы собираете информацию о Саре Уокер, – подаёт нерешительно голос девчушка, нервно заправляя за ухо выбившуюся темную прядь волос.
– Как тебя зовут?
– Элис Спрингер, – с готовностью представляется маленькая гардеробщица.
– Верно, Элис, я расследую смерть Сары, – кивает Марго, ободряюще улыбаясь. – Ты ее хорошо знала?
– Не очень, – признаётся девушка, поправляя на остреньком носу маленькие очки. – Она здесь особо ни с кем не сближалась, была… немного высокомерна, но Сара не была злой. Она даже давала мне уроки танцев…
– Надеюсь, не таких, которые они сейчас исполняют на сцене, – вздыхает Маргарита, изогнув бровь. Элис тушуется, заливаясь краской.
– Н-нет. Бальных…
– Меня тоже им учили. Правда, я их так и не полюбила, – признаётся Марго, стараясь расположить собеседницу к себе. – А тебе нравится танцевать?
– Да, – с готовностью кивает Элис и глаза у нее загораются от восторга. – Очень. Но сейчас нужно больше времени уделять учёбе. Мистер Вебер обещал дать рекомендации, чтобы меня приняли на бюджетное место в колледже, если я продолжу упорно зани…
– Вебер? – перебивает ее Марго. – Ты… учишься в той частной школе, которая открыла двери для цветного населения?
– Да, у нас есть несколько таких ребят, – широко улыбается Элис, продолжая с энтузиазмом рассказывать. – Мама меня давно устроила туда учиться, хотя это и дорого. Знаете, когда мистер Вебер узнал, что она воспитывает меня одна, он предложил мне здесь подрабатывать после школы, а взамен взял на себя все расходы за обучение.
Маргарита невольно напрягается, глядя в веселое открытое лицо маленькой гардеробщицы. Она слишком долго работает в полиции, чтобы верить в подобного рода добродетель.
– Элис, он тебя… не обижает? – наконец осторожно спрашивает Маргарита после долгого подбора подходящего слова. Ей слабо верится, что Вебер способен кому-то помогать, не преследуя при этом своих интересов.
– Обижает? – озадаченно переспрашивает Элис, хлопая глазами. – Нет. Он требовательный, конечно, но никогда не обижает.
Марго облегченно выдыхает. Если бы тому, о чем она подумала, было место, девчонка бы точно поняла ее вопрос и если бы и не ответила прямо, то точно бы смутилась.
– Хорошо, Элис. Чем ты хотела со мной поделиться?
– Сара приходила сюда через неделю после увольнения, – понизив голос, сообщает Элис, и ее серые, будто грозовое небо глаза, азартно сверкают. – Мистер Вебер всегда приходит с инспекцией по средам, и она пришла. Я ее у служебного входа видела, когда шла на работу. Сара хотела вернуться назад – она же потрясающая танцовщица.
