Шэд последовал за ними на автостоянку, но Эрин сделала ему знак остаться. Эл Гарсиа вел себя так, как будто женщины его вообще не интересовали. Он снова зажег свою сигару и прислонился к голубому «капрису» без номеров.
– Вы это серьезно? – спросила Эрин. – Насчет того, что Джерри убили?
– Его бывшая супруга говорит, что он каждый год ездил на Запад порыбачить. Только, как оказалось, на сей раз он не выправил себе лицензии на ловлю форели. И это очень странно. – Гарсиа, отвернувшись от Эрин, выдохнул струю дыма в темноту. – Два местных парня видели его на реке: одного, поздно вечером, да еще и в страшную грозу. Он был на плоту, а плот несло по течению.
– Тогда он был еще жив?
– Сомневаюсь. У вас есть какие-нибудь мысли на этот счет, миссис Грант?
– Дайте подумать, – попросила Эрин. – Все так сложно. – Материнский инстинкт подсказывал ей, что не следует упоминать ни о дочери, ни об обещании Джерри Киллиана помочь. Впрочем, может быть, сержант Гарсиа был уже в курсе.
– Сейчас, наверное, я задам дурацкий вопрос, – сказал он, – но – это ведь не вы убили его, правда?
Эрин удивленно и горько рассмеялась.
– Нет, сэр, это не я. Я не любила его, не спала с ним и уж совершенно определенно не убивала его.
– Я верю вам, – ответил Гарсиа. – Просто уж такой я зануда.
Он дал ей свою визитную карточку. Эрин с любопытством взглянула на нее.
– Но здесь написано – графство Дейд, – заметила она.
– В этом-то и вся проблема. А мы с вами находимся в графстве Броуорд. – Гарсиа передвинул окурок из одного угла рта в другой. – Монтана далеко отсюда, миссис Грант. У меня может уйти довольно много времени на то, чтобы расшевелить местное начальство.
– Но это ведь вообще не ваша территория.
– Совершенно верно. Я просто, что называется, вмешиваюсь не в свое дело.
– Почему?
– Потому что его нашел мой мальчишка. – Гарсиа достал из кармана ключи от машины. – У вас же есть дети – значит, вы поймете меня.
– А как он сейчас? Я имею в виду вашего сына.
– В порядке. Просто он хочет знать, что случилось, и я предпочитаю сказать ему все, как есть. В конце концов, утопленники – это как раз по моей части.
В голосе сержанта Гарсиа прозвучала невеселая усмешка. Эрин встретилась с ним глазами. Он выглядел усталым, озабоченным, и она подумала: наверное, на самом деле он лет на десять моложе, чем кажется. Ей захотелось немедленно рассказать ему всю правду, но она подавила это желание.
– Мне хотелось бы помочь вам, – сказала она, – но я не знаю, смогу ли быть вам полезна. Мистер Киллиан был просто одним из посетителей, вот и все Я едва знала его.
Эл Гарсиа бросил окурок на землю, и он, зашипев, угас в соседней луже.
Когда Гарсиа уже сидел в машине, Эрин сделала ему знак, чтобы опустил стекло окошка, и, подойдя поближе, спросила:
– Если вы ведете расследование неофициально, как же вы сумели попасть в его квартиру?
– Я просто попросил консьержа открыть мне дверь. – Гарсиа подмигнул. – Значок полицейского кое-что да значит. – Он включил зажигание. – А вы шли бы назад, а то еще, не дай Бог, простудитесь.
– А официально будет что-нибудь делаться?
– По поводу Киллиана? Пока нет. Коронер обещал, что подождет с подписыванием бумаг с неделю или около того, пока я не разведаю обстановку.
– Где сейчас тело Джерри?
– В Миссуле. Лежит в морозильнике в компании подстреленного лося, тонны этак на две.
Меньше всего на свете Мордекаю хотелось бы сейчас видеть свою кузину Джойс, но деться от нее было некуда.
– Просто кошмар, – сказала она, бросая ему на стол пачку цветных слайдов. – Я нашла это в ящике среди белья Пола.
– А как себя чувствует Пол? – обреченно спросил Мордекай.
– Немного лучше. Но это явление временное.
– А что насчет той синагоги? Вспомнил кто-нибудь, где она находится?
– Не было никакой синагоги, Мордекай, – с ожесточением проговорила Джойс. – Посмотри эти слайды.
Это были снимки, сделанные одним из приятелей Пола Гьюбера на том злосчастном мальчишнике. Мордекай принялся методично просматривать их один за другим, поднося к стоящей на столе лампе.
Джойс села и захлюпала носом.
– И за этого человека я собираюсь замуж!
А Мордекай тем временем жалел, что у него под рукой нет проектора и экрана. Женщины на снимках, веселые, смеющиеся, были все как одна в костюме Евы. На одной из фотографий он увидел молодое лицо Пола Гьюбера, прижатое к голому животу красивой брюнетки таким образом, что создавалось впечатление, будто у него небольшая курчавая бородка наподобие эспаньолки.
– Совершенно очевидно, что он был пьян, – сказал Мордекай. – Перебрал лишку.
– Не оправдывай его. Я хочу, чтобы ты подал в суд на этого сукина сына.
– За что? Вы ведь пока еще не муж и жена.
– Бывают же на свете адвокаты, – сердито проворчала она, сморкаясь.
