— Тебе хорошо?
Она кивнула. Я резко вошел в нее, не в силах сдержать безумное желание затрахать ее до беспамятства, чтобы она потом еще несколько дней чувствовала, что я был в ней. Алина издала громкий стон, и ногтями впилась мне в плечи. Твою ж… Ей должно быть больно!
— Прости, милая, — прошептал я ей в шею.
Она покачала головой:
— Не останавливайся, пожалуйста. Только не останавливайся.
Услышав эти слова, я уже не сдерживался. Немного приподнявшись, посмотрел, как мой член входит в Алину.
— Алина, — выдохнул я, потому что представшая картина снесла мне крышу. — Боже, милая, прости, — заранее произнес я, понимая, что мои дальнейшие резкие движения, возможно, причинят ей боль, но контролировать себя у меня больше не было сил. Пальцем прикоснувшись к ее клитору, я стал нежно его ласкать, а членом стал входить в нее все жестче. Алина руками схватилась за покрывало и стала поднимать свои бедра вверх, подхватывая мой ритм. Это окончательно свело меня с ума.
— Девочка моя. — Несколько движений в узкую плоть и я почувствовал, как она стала еще плотнее обхватывать мой член. Боже! Никогда ничего подобного не чувствовал. Алина откинула голову назад, закусив губу, а я ускорил движения пальцем и членом.
— Алиночка, детка, кончай.
Она застонала, ногтями впиваясь в мою кожу на животе, отчего ощущения стали еще более острыми. Чувствуя, что разрядка уже близка, я ускорил темп.
— Я люблю тебя, Жень, — Алина простонала эти слова, продолжая ногтями мучить мою кожу. Но вместо ожидаемой боли, я почувствовал, как холодок прошелся по всем моим конечностям, резко направляясь к члену. Алина выгнулась дугой, а ногами сжала мои бедра, не прекращая стонать. — Женя! О, Боже! Жееняя! — тихо простонала она, кончая. Сокращение мышц вокруг моего члена добило меня окончательно, и я, пальцами впиваясь в ее бедра, резко вошел в нее несколько раз и кончил.
Чувствуя просто фантастическое удовлетворение, я, упираясь локтями в кровать, навис над Алиной и нежно прикоснулся к ее пересохшим губам. Моя девочка. Моя женщина! Теперь я точно знаю, что никто к ней не прикасался, и будь я проклят, если кому-то это позволю.
Почему той ночью я даже предположить не мог, что Алина просто вышвырнет меня из своей жизни? Почему сразу не разобрался в том, что произошло? Почему, получив повестку в военкомат, решил отпустить ее, думая, что два года разлуки поставят крест на наших отношениях. Говорят, девушки не умеют ждать. Именно этим фактом я руководствовался в тот момент. Не хотел стать рогоносцем. А в итоге стал ослом!
Наутро после той ночи вид смущенной Алины меня весьма позабавил. У мужиков все проще: мы либо наглые, либо тормозы. А вот как девушкам удается совмещать в себе такой страстный темперамент и скромность? Загадка.
