– А что? Я как-никак твоя лучшая подруга, должна все о тебе знать.
– Ну вот, знай. – Я вытянула руку и нехотя покрутила ей, демонстрируя золотое кольцо с небольшим бриллиантом на среднем пальце. Колосов, иронично приподняв одну бровь, взирал на мою руку. Затем медленно поднял глаза на меня и усмехнулся. Я, конечно, не умею читать по глазам, но казалось, дай ему волю, и он бросит что-то типа: «Банальщина. И это все на что хватило его фантазии?»
– Красиво. Это ведь бриллиант? – Мила внимательно разглядывала кольцо, и я только сейчас поняла, что и сама толком не рассмотрела свой подарок. И дело не в том, что мне не понравилось кольцо, просто я вообще как-то равнодушна к украшениям.
– Бриллиант. Правда, я не очень разбираюсь.
– Думаешь, я разбираюсь? – Мила покрутила мою руку, и камень при этом красиво засверкал. – И когда только Антон успел? Вчера ведь на тебе его еще не было.
– Сегодня ночью. Он стал первым, кто поздравил меня с днем рождения. – Я повернулась к Антону, который по-прежнему сидел, откинувшись на спинку дивана, и улыбался. Мне вдруг захотелось поблагодарить его за такой подарок, и я поцеловала его в губы, а он, положив свою ладонь мне на щеку, ответил на поцелуй.
Посмотреть на Женю после этого я не решилась.
– А какие подарки ты еще скрыла от меня? – продолжила свой допрос подруга.
– О! – я вспомнила, что еще не рассказала подруге про машину. – Я же теперь на колесах.
– Поздравляю, за это надо выпить! – Мила подняла свой фужер, и все, последовав ее примеру, чокнулись со мной.
Делая небольшой глоток шампанского, я исподлобья бросила быстрый взгляд на Женю, который пил виски и тоже смотрел на меня. Черт! Почему же мне так неуютно от его взгляда?
– А что за автомобиль? – поинтересовалась Мила.
– Peugeot. – Я сделала еще глоток.
– А серия? – спросил Женя серьезным тоном.
– Хэтчбек какой-то. – На что он только снисходительно улыбнулся и, опустив голову, провел языком по нижней губе. Черт, я поняла, что сказало что-то не то, но он тоже нашел, о чем спрашивать девушку, которая ни черта не смыслит в машинах.
– 308 кабриолет, – ответил за меня Антон и притянул к себе. – Макс пригнал из Франции.
– Макс? Он приехал, что ли? – удивленно поинтересовалась подруга.
– Да, сегодня утром прилетел.
– А почему не пришел? – Желание Милы увидеть Макса было вполне понятно. Она часто бывала у нас дома и дружила с моим братом, когда он еще жил здесь.
– Перелет и смена часовых поясов тяжело дались. Но он сказал, что постарается прийти. Просто завтра мы все собираемся на даче у Антона, там будем уже в кругу семьи отмечать.
– Антон. – Женя, видимо, снова решил помучить моего жениха. – Прости за вопрос, но… – Он на секунду остановился, покрутил в руках бокал с виски, и исподлобья кинув взгляд на меня, обратился к Антону: – Ты, когда начал встречаться с Алиной, в курсе был, сколько ей лет?
Я почувствовала, как рука Антона на моем плече дернулась, и он сильнее сжал его. Понятное дело, ему был неприятен этот вопрос, и, чтобы сменить тему, я совершила очередную глупость – вскочила с места и выпалила:
– Жень, пойдем, потанцуем. Ты не против, Антош?
Я отлично понимала, что он не сможет сейчас сказать, что против.
Антон только пожал плечами:
– Конечно, нет.
– Пойдем. – Женя встал с дивана и открыл мне дверь, жестом приглашая идти вперед. Когда мы оказались в коридоре, я смогла, наконец, перевести дух. Но не успела сделать и пару шагов, как Женя схватил меня за запястье и куда-то потащил. Я толком не смогла сориентироваться, куда именно он меня втолкнул, но успела заметить на двери табличку «Служебное помещение». Нервно выдернув руку из захвата Колосова, я отошла в дальний угол. Комнатушка была небольшой, вдоль стен стояли стеллажи с какими-то коробками, а у двери висел единственный источник освещения в виде бра.
– Ты что творишь? – Я гневно уставилась на Колосова, которому, судя по его взгляду, было вовсе не до веселья, как мне показалось поначалу. Он нервно провел ладонями по своему лицу и издал звук больше похожий на сдавленный хрип.
– Что Я творю? Боже, Алин, ты серьезно? – Он указал рукой в сторону двери. – И ты с ним собралась провести всю свою жизнь?
– А что тебя, собственно, не устраивает?
– Да, все! Алина, все! – Он подошел ко мне вплотную и протянул руку, резко дернув меня за запястье. – Все не устраивает! Это твое платье, – он провел рукой по моей спине, – для женишка принарядилась? Как он тебя лапает меня не устраивает! Как ты ему улыбаешься! Как он тебя целует! Все! Достаточно этого?
Женя, видимо, был на грани, он почти кричал.
– Антон – мой жених, и имеет на все это право, – в тон ему ответила я и вырвала из его захвата свою руку.
– Алина. – Он снова провел ладонями по своему лицу, затем засунул их в карманы брюк и, плотно сжав губы, посмотрел на меня в упор. Его плечи часто вздымались в такт его дыханию, на скулах играли желваки, брови сошлись на переносице. В какой-то момент мне даже показалось, что он ревнует, но Женя ведь не из тех, кто будет ревновать. Ему просто было обидно, что я позволяю Антону то, что не дозволено ему.
