Тут были руководители всех управлений. Начальник СУ-12 Визер, еще сравнительно молодой человек, неизвестно почему располневший на трудной работе строителя, с любопытством смотрел на меня, насмешливая улыбочка чуть ломала тонкую линию черных усиков. Моргунов, мой бывший начальник, отвернувшись, смотрел в окно.
Были главные инженеры строительных управлений, начальники отделов треста: Топорков, Мякишев, Обедина, Васильев, начальник конторы снабжения Зюзин.
С каким-то обостренным чувством я замечал, как каждый воспринимает мое назначение. К концу оперативки они овладеют собой, но сейчас я видел все: удивление и обиду, злорадство, доброжелательность. Почему-то меня не оставляло тягостное чувство беды.
Управляющий закончил разговор, быстро положил трубку.
— Мы тут без вас, Виктор Константинович, — так же приветливо продолжил он, — начали обсуждать вопрос о «нулевых» циклах. Ну-ка, Беленький, повторите.
— А что повторять, Леонид Леонидович, — обиженным тоном начал Беленький. — У меня на двух кораблях…
Все рассмеялись. Беленький продолжал тем же наигранно-обиженным тоном:
— Ну, эти длинные панельные дома. У нас их, Леонид Леонидович, рабочие называют кораблями.
— Ближе к делу, Беленький, ближе к делу, — быстро проговорил управляющий.
— Я могу помолчать, Леонид Леонидович. — Беленький сел, но сразу вскочил. — Фундаментщики, наши субчики, субподрядчики, черт бы их побрал, подвал сделали, а коммуникации — водосток, водопровод, канализацию — начали и бросили, а мне монтажные бригады некуда ставить. — Беленький возмущался, немного красуясь, как бы призывая присутствующих посочувствовать и вместе с тем оценить его смелость. — Вот я и прошу главного инженера, уж не знаю какого, Владислава Ипполитовича или Виктора Константиновича, подписать справку, что коммуникации готовы. Иначе краны для монтажа не дают. — Беленький клацнул стальными зубами, улыбнулся одновременно мне и Костромину (черт его знает, кто будет справку подписывать).
Управляющий что-то быстро чиркнул в блокноте.
— Ну? — Он посмотрел на Костромина.
Костромин готовно привстал:
— Вы же знаете, Леонид Леонидович, я никогда не отказывал, но ведь… — Он развел руками и сел.
— Ах, да! Виктор Константинович, ваше мнение? — быстро спросил управляющий.
Я молчал. В голове мелькало: «Бригады не должны простаивать, ни в коем случае, я не могу с этого начинать. Но дать справку — начать монтаж, а потом разрыть всю площадку для прокладки коммуникаций… Я видел разбитые дороги, застрявшие машины с деталями… Но я не имею права отказать Беленькому… Я должен отказать, сразу отказать, инженер не может согласиться на это…»
Я молчал.
— Понятно, — приветливо глядя на меня, сказал управляющий. — Вы не в курсе дела — наверное, хотите разобраться. Ну что ж…
— У меня то же самое, — вдруг резко сказал Моргунов. — Мне тоже нужна эта липовая справка для корпусов в лесопарковой зоне.
— Ну, а как быть с вашим бывшим управлением? — спросил меня управляющий. — Тут разбираться не нужно.
«Как быть с Моргуновым? Ведь никто в моем бывшем управлении меня не поймет. Ну? Ты должен сейчас заявить, что разрешаешь Моргунову и, конечно, Беленькому. Ты только один раз разрешишь, а потом зажмешь. Ну? Ведь надо быть гибким. Ну?» И вдруг я представил себе Анатолия. Он усмехался: конечно, разреши, тебе ведь это выгодно.
Все ждали моего ответа.
Я молчал.
— Понятно, хватит нам тут безобразничать, — управляющий строго оглядел присутствующих. — Главный инженер не соглашается давать справки. Я сказал все, Беленький.
Но поднялся Моргунов:
— Нет, Леонид Леонидович, не все. Должен заявить от своего управления… — Он помолчал, подбирая слова, потом, сдерживая себя, тяжело и веско заявил: — Раз главному инженеру нет дела до стройуправления, из которого, кстати, он только что ушел, то стройуправлению нет дела до главного инженера. — Он опустился на стул. — Я думаю, это будет справедливо.
Управляющий посмотрел на меня. Я должен был что-то сказать, что-то очень убедительное… Управляющий помедлил и произнес:
— Все. Переходим к следующему вопросу.
…После оперативки я еще долго бродил по улицам, разговаривал с собой и с Анатолием:
«Черт тебя побери! — ругался его. — Вот из-за тебя влип в историю — пошел работать в трест. Но этого мало, пришлось сразу ринуться в бой… Дай я справку, ты бы, конечно, усмехнулся, — испугался, мол!»
Конечно, на оперативке я потерпел поражение. Сразу, с места в карьер, восстановил против себя всех начальников стройуправлений, остался недоволен управляющий… Это в первый-то день!
А ведь можно было поступить иначе.
— Иван Митрофанович, — сказал бы я проникновенно Моргунову, — справку такую нельзя дать, но для вас, для своего бывшего управления, отказать не могу. — Улыбнуться. — Так уж и быть — пойду один разочек на преступление… Ну, а чтобы Беленький не шумел — дам и ему справку. — Серьезно: — Но учтите, товарищи, это в последний раз… — Может быть, тогда помирился бы с Моргуновым…
Это все из-за тебя, Анатолий!.. Глупости это все Анатолий да Анатолий, а ты сам… разве тебе безразлично, Как будет работать трест?