Какие быть там могут разговоры,Что все страдали, воевали — все…Он мерз в окопах, он влезал на горы,Он ртом сожженным припадал к росе.Недоедая — и в снегу по пояс,Недосыпая — и по грудь в воде,Минуты за себя не беспокоясь,Высокой он доверился звезде.И вышел с боем не к одной границе,Густую на земле развеял тьму.Что может с правдой этою сравниться!Он спас тебя… Так поклонись ему.<p>«Еще гудит за Одером равнина…»</p>Еще гудит за Одером равнина.И армий новых движется стена.С помятыми кварталами БерлинаПодклеивает карту лейтенант.Двухверстки, побелевшие в планшете,Запечатлели все его бои.Не циркулем он мерил версты эти,А на своих, на собственных двоих.Пыль долгая осела у обочин.Запомнятся горячие места.Он просочился в глубину. И в ночиВступил в квартал берлинского листа.<p>«…Покуда в одних кварталах шли бои…» (Л. Славин)</p>

…Покуда в одних кварталах шли бои, в других быстро налаживалась жизнь. Во многих районах уже были назначены бургомистры из немцев, на стенах висели наши листовки и приказы в немецком переводе, и берлинцы, собравшись толпами, читали их взасос. Тут же происходила раздача продуктов населению. Бойцы ВАД (Военно-автомобильной дороги) спешно развешивали новые плакаты. Самым распространенным из них был тот, на котором было написано, что гитлеры приходят и уходят, а народ германский остается. Старые плакаты не везде успевали убирать, и я видел на улице Коперникусштрассе такую картину. Стояла аккуратная очередь немцев с кошелками. Рядом — старый плакат на тему о гитлеровских зверствах с надписью: «Папа, убей фашиста!» На фоне этого плаката немцы со счастливыми лицами получали мясо из рук бойца на питательном пункте, организованном нашим военным комендантом…

(Из воспоминаний Л. Славина)

<p>Эпилог</p>

Курганы щебня, горы кирпича.

Архивов важных драная бумага.

Горит пятно простого кумача

Над обнаженным куполом рейхстага.

В пыли дорог и золоте наград

Мы у своей расхаживаем цели.

Фамилиями нашими пестрят

Продымленные стены цитадели.

А первый, флагом осененный тем,

Решил остаться неизвестным свету.

Как мужество, что мы явили всем,

Ему еще названья тоже нету.

<p>Сергей Наровчатов</p>

Сергей Сергеевич Наровчатов родился 1920 году в городе Хвалынске. Детство провел на Колыме, в Магадане, там окончил школу. В 1937 году поступил в ИФЛИ. Писать начал рано, еще в школе. Первые стихи были опубликованы перед войной. В декабре 1939 года ушел добровольцем на финский фронт. Во время рейда по вражеским тылам был тяжело обморожен. По возвращении с фронта перешел в Литературный институт имени Горького. В первые дни Великой Отечественной войны вместе со всей комсомольской организацией, секретарем которой он был, снова ушел добровольцем в действующую армию. Был ранен. Затем служил в газете 2-й ударной армии — «Отважный воин». Воевал на Брянском и Волховском фронтах, был в осажденном Ленинграде. Награжден орденами Отечественной войны II степени, Красной Звезды и медалью «За боевые заслуги». Вспоминая о фронтовой юности, С. Наровчатов пишет: «На войне я сформировался и как человек, и как поэт… Все я получил сполна — и горечь поражений, и счастье побед… Война наградила меня дружбой многих отличных людей, которых я встречал на своем пути гораздо больше, чем плохих. На войне я вступил в партию (до того я был комсомольцем), и принадлежность к этому великому коллективу стала с тех пор для меня так же естественна, как мое существование. Война научила писать меня те стихи, которыми я мог начать прямой разговор с читателем и услышать ответный отклик». Первая книга С. Наровчатова «Костер» вышла в 1948 году.

<p>Отъезд</p>
Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Антология военной литературы

Похожие книги