Сама же остаюсь на месте, усаживаясь на стул. Нас разделяет браная стойка — лучше так, чем нервничать от его близости, сидя рядом.
— Ты мне так и не сказал, в чем причина твоего сегодняшнего пьянства, — делаю глоток горячего кофе.
— Навалилось как-то все сразу, — Пашка вздыхает, проводит рукой по волосам, а затем по лицу.
Так и хочется повторить за ним его же движения, но сдерживаю свой порыв. Да что со мной такое происходит? Почему мне постоянно хочется дотрагиваться до Балабанова? Это точно гормоны или еще какая-то непонятная химия. Надо поскорее избавляться от этого наваждения.
— Может, расскажешь? — аккуратно спрашиваю, заглядывая прямо в глаза парню.
— С отцом сегодня виделся, — Паша поднимает на меня затуманенный взгляд. — Лучше бы он не приезжал вовсе.
— Подожди, — рука замирает вместе с чашкой в воздухе. — Отец с матерью ведь заграницей? Так как же он…
— Есть еще родной отец, Дарина, — перебивает, а я так и остаюсь сидеть с открытым ртом.
Вот это новость!
— Извини, я не знала, — прихожу в себя.
Я и вправду не знала, что Балабанов общается со своим родным отцом. Нигде про него ничего не упоминалось, куда он запропастился — тоже неизвестно, да и я, если честно, не узнавала. Думала, что вряд ли они общаются после развода родителей. Но, видимо, что-то у них там происходит, раз парень решил глушить свою боль или обиды в алкоголе.
— Они с матерью развелись, когда мне было лет пять, — Паша делает глоток кофе, морщится, после чего снова пьет еще дымящийся напиток. — У него всегда была, есть и будет только одна женщина — наука. Он сутками пропадал в своем НИИ, забыв, что есть семья, которую надо кормить. Мать никогда не запрещала нам общаться, но он сам не стремился к этому, — Паша делает паузу, а я молчу, не зная, что сказать в этом случае. — Потом его заметили и пригласили работать за границу. Не знаю, как он там живет и чем занимается, но в те редкие моменты, когда он приезжает в Россию, мы видимся с одной целью — отец просит у меня денег на очередной грандиозный проект. Его не интересуют ни моя жизнь, ни мои дела. Вообще ничего, — тяжело вздыхает, опуская глаза. — Извини, что загрузил.
— Нормально все, — произношу негромко. — Я, правда, не знала. Думала, вы не общаетесь, раз о нем нигде ты не упоминаешь.
— А толку о нем говорить? — Паша смотрит на меня в упор. — Вот сегодня встретились, но лучше бы не виделись, — мотает головой из стороны в сторону. — Я после этого всегда напиваюсь, так мне тошно.
— Может, лучше вовсе не встречаться в таком случае? — Балабанов усмехается кривой ухмылкой. — Мне трудно судить, пойми. Я росла в полноценной семье, поэтому как происходит в ситуациях, подобной твоей, не знаю.
— Лучше не знай, — Паша делает очередной глоток кофе.
— Раз уж у нас с тобой такая доверительная беседа, — произношу медленно, чуть ли не по слогам, — скажи мне, почему ты Макса не долюбливаешь? — и пристально смотрю Пашке в глаза.
— Потому что он имеет все то, чего не было у меня, — выдает довольно резко.
Вот тебе раз. Я-то думала, все намного серьезнее, а тут, оказывается, просто детская обида, которая никак не отпускает. Надо вспоминать азы психологии, которую преподавали нам в университете. Иначе без пол-литра тут не разберешься.
— Вроде у вас с отчимом нормальные отношения, — снова не тороплюсь, наблюдая за реакцией парня.
— Нормальные, — кивает в ответ. — Он хороший мужик, не спорю. Сначала всё было замечательно, а потом, когда появился Макс, я почувствовал себя лишним в их семье. Не скажу, что ко мне плохо стал отчим относиться, но мне чего-то не хватало. Я тогда из столицы к бабуле сбежал, в наш город. Ты знаешь, если бы тогда меня мать или отчим остановили, сказав, что я им нужен, наверное, всё сложилось бы по-другому. Но они не остановили.
Паша замолкает, а я собираюсь с мыслями, чтобы как-то объяснить ему, что он не прав. Нельзя жить прошлым, тем более, со своими родными. Надо уметь прощать.
— А тебе не кажется, что пора уже об этом забыть, — делаю паузу, наблюдая, как Балабанов снова опускает взгляд вниз. — Тем более, Макс ни в чем не виноват. Не хватило тебе ласки и заботы родителей, мальчик при чем? И ведешь ты себя эгоистично. Надо пример подавать, а не игнорировать его. А ты знаешь, — снова замолкаю на несколько секунд, — что Макс гордится тобой?
— Знаю, — поднимает глаза, улыбаясь печальной улыбкой. — Он мне в детстве в соцсетях такие забавные сообщения присылал.
— Так может, стоит попробовать наладить с ним отношения? Своим поведением он просто хочет привлечь твое внимание.
Паша молчит, надеюсь, что думает над моими словами и делает правильные выводы. Вот точно, баран упрямый. Ну, как можно не любить Макса? Зачем отыгрываться на мальчике за свои детские обиды?
— Тебе надо было в психологи идти, а не в прокуроры, — снова усмехается одними уголками губ. — Я подумаю, — серьезно смотрит мне в глаза.
