Я не хотела попадать в этот мир. И уж тем более я не желала становиться содержанкой или фавориткой ненавистного дроу. Я мечтала быть певицей в своем мире и целенаправленно шла к своей цели! Вот только судьба распорядилась совсем иначе… Однако, я никогда и ни перед чем не буду покорно склонять голову, не зря ведь ещё мама называла меня строптивой…
— По… погоди, — выдохнула, когда губы мужа сместились с шеи на грудь, а его ладони сильнее сжали мои ягодицы.
— А что я должен ждать? — хрипло, немного насмешливо пробормотал, не отрываясь от своего занятия, и жар от желания всё сильнее накатывал на меня.
— Ты сказал… — прикусив губу, чтобы сдержать вскрик, когда он, отодвинув край шелковой сорочки, облизнул твердый сосок. — Ты сказал, что сейчас к тебе кто-то должен приехать.
— Будем надеяться, что этот… кто-то не найдет сюда дорогу, — я ощутила, как слегка напряглось тело супруга и он на мгновение даже замер. — Или опоздает.
— А… — он вновь вернулся к своему занятию, и я, откинувшись, запустила пальца в короткие каштановые волосы, притягивая его голову к себе ещё ближе. — А кто он?
— Ты хочешь поговорить об этом прямо сейчас? — его движения стали более грубыми, настойчивыми, поэтому я, теряя остатки самообладания, честно выдохнула:
— Нет… — и сама начала сдирать с него тонкую рубашку. Желая ощутить прикосновения его кожи к моей.
На мгновение отнявшись от меня, Листар приподнялся и помог с моим занятием. Затем полетела в сторону и моя сорочка.
Воспользовавшись небольшой заминкой, я опрокинула уже его на кровать и, усевшись сверху, впилась поцелуем в губы. А правой ладонью, огладив сначала крепкую грудь, медленно, лаская, спустилась по животу. И вот уже моя рука, судорожно расстегнув ремень и пуговицу, ныряет под тёмную ткань.
Напряженная плоть супруга пульсирует под моими пальцами. И этот миг, ощущения власти над этим сильным мужчиной, заводит ещё сильнее. Буквально лишая рассудка…
— Господин! — раздался голос Аники, нашей служанки. Затем последовал громкий стук в дверь. И мы, как подростки, застуканные родителями, тут же отпрянули друг от друга. А затем, когда наши взгляды встретились, тихонько рассмеялись.
— Господин! — стук повторился, и муж, недовольно поморщившись и сведя брови, раздраженно произнес:
— Что тебе? Я занят!
— Господин! — робкий голос девушки зазвенел от испуга. — Тут к вам приехали… Мужчина. Он немедленно требует…
— Проклятье! — не дослушав, Листар выругался, а его лицо почему-то потемнело. А через мгновение он опрокинул меня на кровать.
Быстро поднявшись, он оправил брюки, набросил рубашку, не став её заправлять и, не глядя на меня, направился к двери.
Плохое предчувствие в тот момент кольнуло моё сердце и, приподнявшись, я шёпотом, из-за того, что горло словно перехватило стальным обручем, спросила его:
— Кто это? Кто к тебе пришел?! — точнее я не спрашивала, а требовала ответа.
***
Однако Листар даже не повернулся в мою сторону и вместо ответа я удостоена была лишь короткого и почему-то злого, будто это я была в чем-то виновата приказа:
— Не важно! И не высовывайся. Сиди вместе с Аникой тут. И, пока я не приду, даже не смей к окну подходить!
Бросив это, он открыл дверь, впустил испуганную девушку и взглядом указав ей на меня, лежащую на кровати:
— Сиди здесь! — приказал он ей, и она, от недовольного тона, сжалась ещё сильнее.
— А кто же вам будет прислуживать? — Аника всегда была такой: исполнительной и думала о нас, нашем комфорте.
— Вина предлагать ему я не собираюсь! — уже рявкнул Листар, и, громко хлопнув дверью, ушёл.
Подтянув повыше тонкое одеяло, я пожала плечами, не зная, что и сказать, когда служанка недоуменно посмотрела на меня.
Найдя свою сорочку, я решила одеться, не голой же сидеть. Тут же, без лишних слов, подлетела Аника. Помогла мне, принесла халат, подвязала пояс и, подведя к туалетному столику, усадила и сразу начала расчесывать волосы.
Мне же оставалось только глядеть на себя в отражении и думать, что происходит: кто приехал к супругу, почему и чем он так сильно обеспокоен. Отчего не рассказал мне раньше о госте и кто он вообще такой… А сейчас так странно себя ведет, будто незнакомец! Он ведь даже фактически накричал на меня, хотя до этого ни разу не повышал голос не то, что на меня, на Анику или ещё кого бы то ни было.
Прикусив губу, я внимательно себя осмотрела. Увидела затаённую тревогу перед неизвестностью в синих глазах, и как на красивом лице то и дело мелькает страх.
