– Скоро полдень, можно и ланча подождать, – ответил Вулф, доставая из сундука черные сапоги. – Может быть, прогуляемся по палубе? Я хочу, чтобы вы провели мне экскурсию.
– Сейчас не могу.
– И долго еще вы собираетесь сидеть над этими картами? Вы изучаете их с раннего утра!
– А вам откуда знать, во сколько я встал? Впрочем, дело не в картах. В это время мисс Малоун занимается гимнастикой.
– Что?! – не веря своим ушам, воскликнул Вулф и заковылял к столу, успев надеть один сапог. – Мы не можем выйти на палубу из-за мисс Малоун? Вы шутите?
Томпсон бросил карандаш и выпрямился на стуле, потирая поясницу.
– Пока мисс Малоун занимается гимнастикой, членам экипажа, кроме тех, кто несет вахту, запрещено выходить на палубу. – Сделав глоток чая, капитан бросил взгляд на часы. – Осталось пятнадцать минут.
Вулф заглянул капитану в глаза.
– Скажите, Томпсон, это происходит ежедневно или сегодня вы просто выполняете каприз мисс Малоун?
– У мисс Малоун не бывает капризов. По ней можно часы сверять, это очень дисциплинированная юная леди. Она занимается каждый день, если позволяет погода.
Вулф склонил голову набок.
– Означает ли это, что если кто-то из трех женщин, находящихся на борту вашего судна, захочет позагорать, то нам всем придется бежать в укрытие? Или привилегии имеет только мисс Малоун?
Вулф подошел к иллюминатору и взглянул на ясное голубое небо. Его бесило, что по чьей-то прихоти он должен торчать в каюте в такую чудесную погоду.
– Черт побери! – ругнулся он, натягивая второй сапог.
Томпсон издал смешок.
– Вы в своем репертуаре. Не злитесь! Мисс Малоун – энергичная юная леди, она не любит сидеть взаперти.
– А я люблю?
Томпсон пропустил замечание Вулфа мимо ушей.
– Она плавает на моих судах с тринадцати лет, – продолжал он. – А вообще впервые поднялась на борт морского судна, когда ей было десять. Именно тогда Алана начала заниматься гимнастикой на палубе. И я не вижу причины заставлять ее прекращать эти занятия из-за упрямого осла, который случайно оказался с ней на одном судне.
– Кто она такая, чтобы получать в свое распоряжение весь клипер, когда ей заблагорассудится? – сердито промолвил Вулф.
Томпсон подался вперед.
– Вы забыли, что я везу груз, который принадлежит ее отцу?
– И что из этого? – не унимался Вулф.
– А то, что судоходная компания Андрузов процветает именно благодаря таким людям, как мистер Малоун. Или вы думаете, что я позволил бы любому пассажиру в течение сорока пяти минут в гордом одиночестве заниматься гимнастикой на палубе?
Вулф схватил куртку.
– И это в то время, когда остальные пассажиры и члены экипажа должны сидеть в заточении! – воскликнул он.
Томпсон поднял руку.
– Перестаньте, Вулф. Вы можете разгуливать по палубе целых двадцать три часа и пятнадцать минут в сутки. Если хотите, я могу сдвинуть занятия Аланы на час раньше – на то время, когда вы еще спите.
– Лучше поцелуйте меня сами знаете куда!
Надев куртку, Вулф вышел из каюты, но через пять минут вернулся. За ним в каюту вбежала Джулия.
– Там никого нет, – обескураженно сообщил Вулф.
Томпсон хохотнул.
– Я знаю. Мне пришлось обмануть вас, занятия Аланы закончились добрых двадцать минут назад. Не мог же я позволить, чтобы вы ей помешали.
Стоя на носу клипера, Алана любовалась его оснасткой – начищенной медью и отполированным деревом. Она наполнялась энергией, когда наблюдала, как весело скользит судно по глади вод. Сегодня погода, как никогда, благоприятствовала морским прогулкам. Несмотря на то что Алана часто плавала на судах, ее всегда бросало в трепет от вида белоснежных парусов на фоне синего неба.
Опершись на перила, она посмотрела на носовую фигуру – позолоченную скульптуру богини, с вытянутыми руками, указывавшими путь. Морская легенда гласила, что фигуры, украшающие нос кораблей, знают каждого дельфина, и когда те плывут вдоль борта, окликают их по имени.
– Алана, отойди от перил, ты можешь упасть за борт! – раздался скрипучий голос матери, похожий на крик чаек.
Хм… Если бы она знала, какие опасные упражнения делала ее дочь во время занятий гимнастикой, то давно бы умерла от страха. Слава богу, отец это предвидел и много лет назад запретил жене присутствовать на занятиях.
Выпрямившись, Алана направилась к миссис Малоун, которая вместе с горничной, миниатюрной азиаткой, сидела в шезлонге и вышивала бисером. Это занятие не интересовало Алану, оно казалось ей скучным. Расположившись в тени немного поодаль с открытой книгой на коленях, Алана сделала вид, что дремлет, чтобы избежать разговоров с матерью.
Уловив боковым зрением какое-то движение, она повернула голову и увидела прогуливающихся по палубе Вулфа и Томпсона. У нее затрепетало сердце. Вулф остановился, широко расставив ноги. Алана улыбнулась – Вулф научился стоять на палубе морского судна.
Он был высоким и стройным. Щегольская одежда, сшитая на заказ, подчеркивала достоинства фигуры. Волосы Вулф собрал на затылке и перевязал черной лентой. Нельзя было не залюбоваться его точеным профилем.