Галя стала той женщиной, которая стремительно стала заполнять «вакуум» в его сердце. Он начал о ней думать постоянно. Через неделю позвонил ей. Разговаривали очень долго о чём угодно, но без малейших намёков на какие-либо сердечные дела. Телефонные разговоры стали постоянными, причём, первым звонил не только он, зачастую Галя опережала его. Всегда желали друг другу спокойной ночи и так до следующего дня. Встреч не назначали, но уже не могли прожить и дня чтобы не поговорить. Разговоры с каждым днём становились всё более откровенными, после которых Иван и Галя уже не мыслили себя без телефонного общения друг с другом.
На сороковины Галя ходила в церковь и заказала молебен, а Иван съездил с нею на кладбище. Приехала ещё сестра Фёдора с мужем и родители Игоря. Веры не было. Она была, как говорят в народе, уже на сносях. Из-за гололёда её с мужем оставили дома. Было очень скользко и холодно. После посещения могилы, Иван взял Галю под руку и довёл до трамвайной остановки. В трамвае сидели рядом, согревая друг друга телами. Её тепло он ощущал у самого сердца и ему было очень приятно прижиматься к ней. Она это чувствовала и только тесней прижималась к нему в ответ. Какая-то неведомая сила сближала их, вытесняя все остальные мысли и заставляя думать только друг о друге. Она с удивлением отмечала, что траур по умершему мужу еще продолжался, а в мыслях у неё только Иван.
С Фёдором она прожила двадцать два года. Сразу после окончания школы поступила работать сборщицей на приборостроительный завод. Влюбилась в Фёдора, который работал инженером — технологом в том же цехе, что и она. После рождения Веры поступила учиться в Университет на заочное отделение по специальности «Русский язык». Всё было в их жизни и радости, и печали. Похоронили родителей Гали, погибших в ДТП. Муж выпивать начал после развала промышленности в стране и потери работы. Последние годы жизни работал охранником в сервисной компании. Оставшись одна, Галя с ужасом поняла, что теперь она будет связана по рукам и ногам заботой о внуках, а ей сорок лет будет только через месяц. Она хочет любви и мужской ласки.
Разница в возрасте с Иваном в три года её смущала, но женское чутьё подсказывало, что он на это не обращает никакого внимания. И действительно, выходя из трамвая, он подал ей руку и сказал всего несколько слов, но таких приятных Гале: «Я всегда буду рядом, ты только позови». На поминальный ужин он не пошёл чтобы не вызывать подозрений у родственников. «Слишком часто мелькаю в глазах мужа Веры и его родителей», — думал он. Попрощался с Галей у её дома.
Началась новая трудовая неделя и новые телефонные разговоры с Галей. Характер работы у неё был таким, что разговаривать по телефону она могла только после работы. Вера ушла в декретный отпуск и теперь постоянно находилась дома. Поскольку Галя с утра до вечера была занята в школе, то помогать Вере вызвалась мама Игоря — неработающая пенсионерка. Она постоянно находилась в квартире Гали. Выбирать время для разговоров стало труднее. Иван предложил Гале встречаться после работы. Желание общаться с Иваном было настолько сильным, что она согласилась. Объявив домашним, что у неё теперь будут дополнительные уроки с отстающими учениками, она пошла на первое свидание с Иваном.
Он встретил её около школы. Вечерние сумерки в середине ноября были довольно прохладными, и он предложил ей пойти к нему. Она сама давно хотела посмотреть его квартиру, поэтому не колеблясь согласилась.
— Подожди, я сейчас зайду к себе домой. Возьму свои некоторые вещи и пойдём к тебе, — предложила она, — мне интересно увидеть, как ты живёшь?
Когда они пришли, она переоделась в принесённый с собою халатик, надела тапочки и стала такой домашней и близкой. Остановилась в прихожей у зеркала, поправила свои тёмно-русые без единой сединки волосы. Увидела своё лицо. «Забыла о макияже, — подумала она. Но и без него, её лицо не напоминало о том, что ей три дня назад исполнилось сорок лет. Вошла в зал.
— Да у тебя здесь настоящий рай, — восхищённо сказала она, осмотрев обе комнаты. — Очень тепло и уютно… Какой красивый у тебя ковёр лежит на полу, он такой мягкий. На нём даже можно лежать…
— Ковёр этот ручной работы я купил на рынке в Чечне, когда демобилизовался после войны.
— Ты воевал, а мне никогда не говорил об этом?..
— Не люблю вспоминать…
Воспоминания нахлынули в душе Ивана мгновенно, как порыв свежего ветерка в знойный день. Но не про войну, а совсем про другое… Он смотрел на Галю, а виделась Вера. Но та ушла безвозвратно, оставив после себя сладкое томление в груди. Отчего и Галя становилась ему такой желанной и милой. Телефонные разговоры с нею были только предтечей, а сейчас ему предстояло сделать решающий шаг по окончательному сближению. Начинать сразу активные действия, как это было с Верой, он стеснялся. Там была обоюдная звериная страсть, удовлетворение беснующейся плоти. Сейчас всё было иначе. Почему-то нежные чувства к Гале у него превалировали над страстью. Но Судьба решила всё же напомнить ему былое.
