– Давай веди к главному! У вас есть связь, мы это знаем, нам нужна только связь и всё. Потом мы уйдём.
Кроме очень понятных слов у офицера в руках был ещё один аргумент: автомат Калашникова с приделанным к стволу длинным штык-ножом, который блестел и переливался, отражая свет разноцветных лампочек с ёлки, и был нацелен в шею одного из людей в черном.
– Пошёл, нах-х! – главный из военных наконец-то пнул ногой охранника, и они невнятной толпой закатились внутрь здания.
Недолго думая, он прошёл за ними, прошёл, уже не обращая внимания на разборки внутри большого зала, где всё равно побеждали военные. Он осмотрелся и быстро понял, что дальше путь преграждали произвольные кабинки, собранные из рекламных плакатов и щитов, где стояли столы, за которыми сидели люди в чёрном. Он прокрался в одну из кабинок и сел на стул. С другой стороны стола никого не было. Только гудел включённый ноутбук. Ноутбук был чёрным, без опознавательных знаков.
– Ты-ы недопонял?! Какой на хуй мэр?! Главная комендатура! Связь быстро давай! Урод!
Похоже, победа была за военными. Да и ладно. Ему сытые охранники чего-либо никогда не нравились. Нет не чего-либо, а банков. И все их службы безопасности и эти ещё, коллекторские службы. Наверное, все деньги они уже вывезли сами, наплевав на вкладчиков и кодекс какой-нибудь их чести. Хотя часть их точно попала в те машины, где меняют золото на валюту, или наоборот. Через некоторое время размышлений он понял, что никто ничего не меняет и никуда не возит. Отбирают там же в тёмных дворах, хорошо, если просто отбирают, но это вряд ли, убивают, просто и быстро. Потому что холодно.
Он размышлял и смотрел на одну из стенок кабины, которая состояла из рекламного щита фильма «Бриллиантовый дед» с Дженнифер Лоуренс и Сильвестром Сталлоне в главных ролях. Лоуренс в золотом платье стояла в вызывающей позе, показывая всё своё великолепие через разрез от шеи до пяток. И Слай в виде престарелого качка и любителя Шекспира. «Как он там борется со своим инсультом?» – думал он про Сталлоне, которого разбил паралич прямо перед Рождеством. Он даже в новогоднюю ночь поднял тост за здоровье любимого актёра и за его следующий фильм.
Вдруг перед ним появился молодой, хорошо пахнущий человек в чёрной полевой форме без знаков различия. И приличия, потому как начал с грубости.
– Ты чё тут? – осклабился он. – Кто тут тебя, а? Бл-л!
– А чё? А ты кто? А тут регистрационный пункт? Или чё?! – вдруг, или вернее неожиданно для себя, ответил он человеку в чёрной полевой форме.
Потом они молча смотрели друг на друга. Его бы выкинули обратно на мороз, но охрана была занята военными. Наверное, это и помогло.
– Документы есть? – потерев висок, спросил дознаватель.
– Нет, – буркнул он и уставился на чёрный респиратор с тремя белыми клапанами.
– Ладно. Фамилия, м-м, инициалы, год рождения, профессия, место работы, хронические заболевания. Быстро.
– Ок, Анциферов Виктор Геннадьевич, – он продиктовал инициалы и всё остальное.
Парень бодро забивал данные в ноутбук. Когда закончил, внимательно перечитал и немного озадачился.
– Ещё раз. Доктор?
– Да, – тихо ответил он.
– Точнее, врач, м-м, нейрохирург?
– Да, можно и так, – он успокоился и стал согреваться.
– А место работы? – продолжал уточнять дознаватель.
– Межрегиональный центр нейрохирургии при Областной клинической больнице номер один.
– Извините, – парень крутанулся на стуле и бодро так убежал за плакатные кулисы.
Он уже немного отогрелся, и лёд опять превратился во влагу. Шум в холле прекратился. Военные забрали какой-то аппарат у охраны и вышли на площадь. В этот момент почти рядом с его столом пробежали новые злобные охранники. Громко матерясь, они выскочили на улицу.
– Бз-з, бз-з! – раздалось с улицы.
Военные про снайперов не соврали. Уже далеко не бодрых охранников затащили внутрь здания. Один, видимо, отошёл сразу, второй был тяжело ранен, харкал кровью и кусками лёгкого на зеркальный пол холла.
«Интересно, кто ему будет оказывать неотложную помощь?» – подумал доктор.
Вернулся уже совсем вежливый дознаватель. Причём на стрельбу и вопли раненого никто не обращал внимания. Вообще никто.
– Извините, Виктор Геннадьевич. Можно ещё вопрос? – спросил парень. – Меня зовут Саша, – попутно представился он.
– Да, – кивнул головой он, наверное, излишне резко, потому что она закружилась.
– Вы сейчас, м-м, пьяны? – Саша внимательно посмотрел на доктора.
– Уже не совсем. То есть праздники там-м… – доктор пытался сфокусироваться на глазах дознавателя, как на опоре, глаза были странные, зрачки словно в веснушках рыжих, да и ладно, усидел на стуле и хорошо. – А что? – спросил доктор.
– М-м, события, знаете ли, м-м…
– Да-а, вот наслоилось всё. А что? Ваш вопрос: почему я не на работе или, скажем, не в военкомате?
– Ну-у да, скажем так.
– Так в отпуске был. Бухал. Извините за прямоту. Связь отключил, чтобы не мешали. Вообще, как всегда у нас, всё важное пропустил.
– Понятно. А вы часто так? – он почему-то махнул в сторону афиши со Сталлоне и туда же посмотрел.
– Нет, первый раз так. Так случилось, глупо всё, – серьёзно ответил доктор.
