Лотерея проводилась в зоне танцпола. Ведущая на сцене крутила барабан, и доставала случайные номерки от входных билетов. Аня стояла в стороне, и как наседка стережет цыплят, наблюдала за людьми, ради которых она потратила силы на организацию вечеринки. Через двадцать минут боулинг, а после него можно сбежать домой. Она очень устала, но была довольна собой.
– Не нужно так напрягаться. Мои люди прекрасно делают свою работу.
Аня вздрогнула от неожиданности. Влад материализовался из ниоткуда.
– Я вовсе не…
– А вот и да, – заверил ее Викинг и окинул изучающим взглядом. – Весь вечер наблюдаю, как вы хлопочете. Не стоит, я лично подписал тот договор на обслуживание банкета.
Он был прав.
– Я просто… сегодня последний день испытательного срока.
– По-моему, все отлично, м?
Она пожала плечами, пытаясь скрыть смущение. В нем было что-то, заставляющее ее тушеваться. Играть озорную кокетку можно сколько угодно, но с ним этот номер не проходил. Она не могла понять, в чем же дело. Да, он хорош собой и носит вещи, подчеркивающие его мужественную фигуру: футболки обтягивали торс, джинсы сидели идеально. Она часто общалась с привлекательными мужчинами, но никто не заставлял ее чувствовать себя неуклюжим подростком. Теперь Аня жалела, что для вечеринки она нарочно выбрала не самый удачный наряд. Она немного заигралась в мышку и остановила свой выбор на свободном топе и широких брюках. Викинг не уходил, продолжая стоять рядом, тем самым нервируя девушку. Она могла чувствовать древесный аромат его одеколона, смешанный с запахом сигарет.
– Опять не ваш, – произнес Влад, когда ведущая вручила подарок кому-то из журналистов.
– Я не участвую, – она показала билет с нетронутой частью, которую следовало опустить в барабан на входе.
– Почему? Это же весело.
– Мне и так весело.
– Что-то не похоже.
– Это правда, а еще очень жду боулинг.
Аня на самом деле любила эту игру. Просто в последнее время забыла об этом. Бросая шары на дорожку, она расслабилась. Все было прекрасно: она едет на каникулы в родную Европу, у нее есть работа и страйки выбиваются один за другим.
* * *
Она втащила чемодан в квартиру и с облегчением выдохнула – наконец-то дома! На отдыхе все пошло не так, как она планировала. Первой ошибкой был выбор маршрута – Нидерланды и Бельгия. Всю поездку её мысли занимал тот факт, что Соединенное Королевство находится на другом берегу моря. Пока что она не решалась туда ехать. Еще свежи были воспоминания, и раны не до конца затянулись.
Путешествие в одиночку она смело посчитала своим вторым промахом. Без компании было невыносимо. Она привыкла, что постоянно куда-то спешит, и у нее ни на что нет времени. Но стоило ей взять передышку и выспаться, как Аня оказалась наедине со своими мыслями.
Самым худшим были утра: просыпаться в гостинице и понимать, что в соседнем номере нет никого, с кем она позавтракает и отправится на прогулку. Раньше так проходили ее школьные каникулы. Отец хотел для своей дочери только лучшего. Поэтому отправил восьмилетнюю Аню в закрытую школу, где учились девочки со всего мира, чьи генеалогические древа зачастую не помещались на одну страницу. Она не сразу разобралась, что не каждая воспитанница школы принадлежит к одному и тому же «сословию». Поняв, что она, как и некоторые другие, всего лишь богатые, но не знатные, Аня задалась целью найти занятие, чтобы происхождение не имело значения.
Отец говорил, что путешествия расширяют кругозор, и каждые каникулы она проводила в новой стране, знакомясь с городами и культурой. Лишенная общения со сверстниками, девочка вела дневники и сочиняла очерки. Обычно ее окружение составляли вышколенные горничные и портье, у кого она нахватывалась азов местного языка. Отец показывал ей достопримечательности и рассказывал о них не хуже первоклассных гидов. Иногда он днями не выходил из своего номера, решая деловые вопросы. Но Аня всегда знала, что как минимум две-три недели принадлежали им. Уже позднее, когда у нее появились подруги, она стала проводить часть каникул с ними.
В России она почти не бывала. Отец всегда говорил, что хочет показать ей весь мир, потому что на родине ей не к кому ехать – из ближайших родственников у Ани был только он. О своей матери она помнила немного: бледная, хрупкая и очень добрая. На фотографиях, в основном свадебных, изображена тонкая блондинка под руку с крепким парнем. Еще Аня помнила, что мама обнимала ее так сильно, как могла. Когда Ане было шесть, остались только они с отцом. У него была двоюродная сестра, но с той они мало общались. К своему подростковому возрасту Аня осталась без бабушек и дедушек.
В какой-то мере музеи, прогулки и магазины помогли исправить одинокое путешествие и приглушить тоску. Она старалась не покупать слишком дорогих нарядов, но как следует оторвалась в отделах нижнего белья и косметики. Также Аня не забыла о подарках. Для Ирины купила сумочку, а девочкам с первого этажа – палантины. У Марка в конце января день рождения, и она выбрала для него гарнитур из булавки для галстука и запонок, не уверенная, что подарит их.
