– Друг мой, вы хотите подбодрить себя этими маленькими историями?
Я усмехнулся.
– Мне очень жаль. Но думаю, что мы можем сделать то же самое. Только мы используем несколько сетей, выложенных слоями в бомбовом отсеке. И каждая из них будет загружена кирпичами. После этого я могу последовательно нажимая кнопки – раз – два – три – четыре – сбросить их так, что они лягут по прямой.
Уитмор опять нахмурился.
– А вам удастся разбросать их достаточно широко, чтобы поразить все одиннадцать реактивных истребителей?
– Думаю, да. Кирпичи будут вываливаться из одного конца сети, так что это обеспечит достаточно широкий их разброс. А так как они не имеют обтекаемой формы, то некоторые из них будут кувыркаться, что несколько замедлит их падение, некоторые будут падать узкими концами вниз и это еще больше увеличит их разброс. И я буду лететь очень низко – примерно на высоте в сто футов или около того – так что они сохранят большую часть своей первоначальной скорости. Те кирпичи, которые не попадут в цель, будут подпрыгивать или скользить и на скорости 150 миль в час смогут повредить колеса.
Уитмор поочередно посмотрел на каждого из нас.
– Ну, – сказал он наконец, – кажется, это лучшее, что мы сможем сделать – правильно?
Мисс Хименес спросила:
– Вы в самом деле собираетесь бросать на самолеты простые кирпичи?
– Милая, нам не остается ничего другого. Вы слышали, что сказал Карр; все подсчитано. В любом случае, даже если он выведет из строя половину самолетов, то и тогда наши шансы в этой игре увеличиваются на пятьдесят процентов. Ведь ваш старик собирается в любом случае начать наступление, верно?
Она нахмурилась.
– Кажется он собирается пойти на так называемый "предусмотренный риск": он рассчитывает выиграть от урагана больше, чем потерять от действий капитана Карра.
– Спасибо, – сказал я.
– Тогда все в порядке, – успокаивающе сказал Уитмор. – Скажите Джи Би, что вам нужно, и она сможет привезти это утром.
– Мне нужны четыре сети – прочные, но не очень большие. Скорее всего их можно достать в Кингстоне или в Моу – Бей. Потом я хотел бы получить остатки той катушки с кабелем, которую ваши парни использовали при прокладке линии к спусковому устройству. И кирпичи. Скажем так, две тысячи фунтов кирпичей. Не знаю, где вы их сможете достать.
– Родди использовал какие-то кирпичи, сооружая фундамент своей церкви, – сказал Луис.
Уитмор щелкнул пальцами.
– Правильно. Все равно завтра нужно ее разобрать. Мы просто пришлем сюда все эти кирпичи.
Луис немного печально улыбнулся.
– В этом заключена какая-то философская идея, Уолт. Макет церкви используется для настоящей бомбардировки.
– Черт возьми, кажется, ты ударился в религию?
– Нет. – Луис покачал головой. – Если подумать, то это не такая уж новая философия.
Огни машины Уитмора постепенно удалялись по прибрежной дороге. Джи Би смотрела на них, пока они не скрылись из виду, ее рука лежала на дверце "аванти".
Потом она повернулась ко мне.
– Таким образом, вы сами себя затянули в эту войну. Никому другому не пришла бы в голову идея с кирпичами и сетями; и вся затея рухнула бы.
– Предполагается, что хороший заместитель должен делиться своими идеями с шерифом, верно?
Мне показалось, что она вздрогнула.
– Возможно, я была неправа относительно вас, Карр. Вы действительно придумали все это, вы действительно хотите туда полететь... Почему?
Я глубоко вздохнул.
– Думаю, потому, что там Нэд Рафтер.
– Вы хотите сказать, что это просто частная война между вами двоими? – Она с любопытством посмотрела на меня, ее лицо в свете автомобильных фар было очень спокойным.
Я пожал плечами.
– Может быть в какой-то степени это и так.
– Просто из-за того, что он победил вас? Забрал у вас самолет? Так что теперь вы должны победить его?
– Нет.
– Он назвал вас убийцей.
– Ах, он видел слишком много кино. В истребителях не должно быть никого, кроме убийц.
– Как тот парень, что был в самолете над Санто Бартоломео. – Ее голос был таким же холодным и далеким, как ночь.
Я кивнул.
– Совершенно верно. Вы думали, что я случайно попал на войну в Корее? Что я по ошибке сбил там три "мига"? Конечно, я – убийца; это была моя работа. И это единственный способ, которым я могу выиграть войну... если я ее выиграю.
– Частную войну.
Я взорвался.
– Боже мой, а что вы скажете о своем высокопоставленном приятеле? Я понимаю, почему в этом деле участвует Луис... но ведь Уитмор не является таким уж закоренелым либеральным вождем.
Она удивленно взглянула на меня.
– По крайней мере здесь вы правы. Когда он начинает говорить о политике, то всегда дело кончается тем, что он оказывается на три маленьких шажочка правее нацистской партии.
– Имено это я и предполагал. Ну, это никак не должно было бы привести его на сторону Хименеса, однако он оказался именно там, все правильно. А это разве не частная война...
– Вы не знали?
– Чего я не знал?
– Я слышала, как он говорил вам. У него в Республике заморожены 250 000 долларов. И он тоже получил кусочек бумаги, в котором сказано, что первое, что сделает Хименес, придя к власти, – разморозит эти деньги. Вместе с вашим самолетом.
