И последнее: индивидуальная терапия усиливает и без того мощную тенденцию большинства людей хранить в тайне свои жизненные затруднения или доверять их только отдельным, специально обученным людям (врачам или священникам) в уединении кабинета или исповедальни. Эта тенденция — результат влияния Большого Свина, который хочет заставить человека стыдиться себя («Я не в порядке») и подозревать других в неприязни и держаться от них подальше («Они не в порядке»). Уклонение от групповой терапии не дает нам увидеть, что мы не одиноки, что у других людей похожие проблемы и что стыдиться себя не надо, потому что мы все в какой-то степени затрудняемся принимать или дарить любовь, мыслить и наслаждаться жизнью.
С другой стороны, ситуация групповой психотерапии дает человеку возможность пережить и понять свои отношения с равными ему людьми. В хорошей групповой терапии акцент ставится на отношениях между членами группы, а не на отношениях между членами группы и ведущим, который скорее является независимым советчиком, оставаясь за пределами взаимодействия.
Свободная дискуссия с восемью другими людьми усиливает открытость и ослабляет чувства вины и стыда относительно своих проблем и слабостей. Кроме того, качественная групповая терапия дешевле индивидуальной, что делает ее доступной и небогатым людям. При этом эффективнее используется и время терапевта — за тот же отрезок времени он успевает помочь не одному человеку, а нескольким.
Конечно, это не значит, что индивидуальная терапия не нужна и даже вредна. Вышеназванные аргументы относятся к длительной (порядка месяцев и лет) и интенсивной (раз в неделю или чаще) индивидуальной терапии.
Другой миф, распространенный среди психотерапевтов, гласит, что применение здравого смысла для решения эмоциональных затруднений недопустимо, так как бесполезно и даже может привести к результату, противоположному ожидаемому. Принято считать, что человек не может полагаться на свой разум и чувства в вопросе решения душевных проблем, что здравый смысл заставляет человека принять точку зрения, прямо противоположную истинной, и совершать действия, по смыслу противоположные необходимым. Когда терапевт спрашивает клиента, что тот считает причиной своих затруднений, и получает ответ: «Я ненавижу свою работу и хочу сменить жилье», — терапевт, как правило, явно или неявно игнорирует то, что ему сказали. Даже не рассмотрев возможность наличия хотя бы доли истины в словах клиента, терапевт, скорее всего, заключит, что причина проблем клиента — в пассивно-агрессивном нарушении характера и защитных стратегиях замещения и проекции которые искажают его восприятие реальности.
Кроме того, в противоположность тому, что подсказывает здравый смысл, большинство психотерапевтов считают себя не вправе указывать клиентам возможные стратегии поведения (это называется манипуляцией). Далее в этой главе я расскажу о ключевом ходе транзактной терапии, который называется разрешением, — о рекомендации или даже настоянии на определенных действиях со стороны клиента. Традиционная терапия с подозрением относится к подобной стратегии, так как она считается «манипулятивной» и может привести к
О наличии парадоксальной реакции говорят тогда, когда человека просят сделать нечто, а он делает прямо противоположное. Доказано, что нежелательно требовать от алкоголика бросить пить, так как, во-первых, в результате этого требования он станет пить еще больше, а во-вторых, он и так знает, что ему надо бросить пить.
Рассматривая данную ситуацию с точки зрения транзактного анализа, замечу, что возникновение парадоксальной реакции возможно лишь в контексте треугольника спасения, где терапевт играет роль Спасителя или Преследователя. В контексте же договорных терапевтических отношений, где обе стороны отказываются от ролей Спасителя, Преследователя или Жертвы, мне никогда не доводилось наблюдать, чтобы алкоголик в ответ на требование прекратить пить начал пить еще больше. В моем опыте клиент или прекращает пить, или продолжает, так как терапевт, не являясь ни Спасителем, ни Преследователем, просто сообщает клиенту о необходимости совершить некое действие с целью преодолеть его сценарий.
Здравый смысл подсказывает, что психотерапевт, будучи экспертом в вопросе человеческих отношений, обязан дать клиенту рекомендации, тем не менее многие люди, как клиенты, так и психотерапевты, поддерживают миф об эффективности недирективной терапии.
