– Я схватил его за плечо, хотел заломить руку, но он вертлявый оказался, гаденыш. Выпрыгнул из куртки как пробка и дал деру. Куда мне за ним.
– Вы позвонили в девять-один-один, что у вас случилось?
Задняя дверца пикапа резко открылась, и кто-то юркнул в салон.
– Говорите, я вас слушаю.
Холодный металл уперся мне в затылок.
– Быстро повесь трубку.
Я повиновался и посмотрел в зеркало заднего вида. В отражении увидел перепуганную физиономию с лихорадочным блеском в глазах. Этот же человек был на фотографии водительского удостоверения. Этот же человек снился мне по ночам. Это был Стэнли…
– …Это был не я, наконец-то до вас начало доходить. Да, я видел того, кто в тебя стрелял.
– Рассказывай все, что помнишь, – сказал я таким тоном, будто пистолет находился не в руках Стэнли, а в моих.
Я ему верил. Вернее, я убедил себя, что он говорил правду. И хотелось мне этого не только потому, что подобный вариант означал спасение наших с Баком жизней, нет. Мне хотелось верить, потому что в противном случае я зайду в тупик. Наркоман напал на первого попавшегося человека с целью разжиться на шприц героина. От его поимки я не получу ничего, кроме возмездия. Стэнли не знает обо мне ровным счетом ни черта. Тогда как если слова его окажутся правдой, у меня появится новая, пускай и призрачная, но все же надежда найти ответы. Тот, кто стрелял в меня, мог знать меня в прошлом.
И я вцепился в эту надежду изо всех сил.
– Рассказывай. Все. По порядку.
– Ну я и говорю. В тот вечер я возвращался домой от своего кореша, он живет на Кранбери-стрит, парой домов выше от того места, где вся эта херня с тобой приключилась. Снимает халупу у безногого ветерана Вьетнама. Я был сильно под кайфом, потому что Джерри, ну дружбан мой, он умеет отличить говно от хорошего порошка. Так вот. Мне захотелось отлить. Там закуток есть между шестьдесят девятым и семьдесят первым домом, рядом с деревом. Ну я расстегнул ширинку, достал друга…
– Стэнли! – Я не выдержал.
– Да не мешай, твою мать! Я же пытаюсь все припомнить.
– Припомнить, как мочился?
Стэнли чуть не завизжал.
– Да че тебе надо?! Блин, я тебе не какой-то там гребаный супермегаученый, у меня не фатальная память.
– Феноменальная, идиот. – Я не мог заставить себя заткнуться. Долгие месяцы этот торчок изводил меня по ночам; сегодня он нас похитил; пару минут назад то немногое, что я знал о проклятом вечере, когда чуть не погиб, оказалось не совсем правдой, а теперь он томил меня кретинскими подробностями, вместо того чтобы сразу перейти к делу. Я уже не сомневался, что напавшим на меня человеком был не этот опустившийся тип, и уж точно стрелять он ни за что не будет.
– Ты… я… – Стэнли побагровел. – Я тебе сейчас в морду выстрелю, урод!
– Отличная идея, гений.
Мы оба умолкли, когда Бак поднялся на ноги и, размяв шею, вставил в рот обрубок сигары.
– Ну-ка сядь, быстро. – Стэнли угрожающе направил пистолет на Бака, но тот лишь ухмыльнулся. Признаться, в ту секунду мне показалось, что такая выходка может спровоцировать трусливого Стэнли наделать глупостей.
– Бак, – сказал я, – опусти свой зад, очень тебя прошу.
Проигнорировав меня, он обратился к Стэнли:
– У меня для тебя две новости. – Сигарный обрубок торчал из его рта, как всегда, не прикуренный. – И обе плохие. Ну, – он губами переместил сигару во рту слева направо и глубоко втянул воздух, имитируя затяжку, – я бы не сказал, что прям обе плохие, скорее только одна… С какой начать?
Мы со Стэнли удивленно таращились на него.
– Я сказал, сядь, – неуверенно повторил Стэнли.
Бак дернул плечом.
– Первая новость: у меня проблемы со зрением. Борис не даст соврать, все время приходится слушать его нытье, чтобы я купил наконец очки и все такое.
– Какой еще Борис? – непонимающе спросил Стэнли и выглядел при этом так, что развеялись последние сомнения: он ни за что не спустит курок.
– Да вот же он, перед тобой, – весело сказал Бак, кивнув на меня.
– Kupim novi televizor, – сказал я и тоже поднялся на ноги, хотя и не понимал, что задумал мой друг.
– А? – Стэнли попятился назад. – Не подходите, последний раз предупреждаю.
Он размахивал пистолетом, наводя его то на меня, то Бака. Рот его исказился в плаксивой гримасе, а в глазах ясно читалось: «Что за херь тут творится? Я схожу с ума».
Я еще раз взглянул на друга и окончательно успокоился. Даже несмотря на тот факт, что все еще не имел ни малейшего представления, чего он удумал. Потому что я знал и другие факты.
– Так вот, Стэнли, – продолжал Бак, – это была первая новость. У меня плохое зрение. Тебе до лампочки, само собой.
Просто эта новость напрямую связана с тем, почему новость номер два так долго до меня доходила.
Были и другие факты.
Бак огромный детина, это факт. Факт и то, что он с трудом окончил старшую школу. Факт – он способен на разного рода необдуманные поступки, например, отказаться от хорошего заказа лишь потому, что заказчик – сторонник консерваторов.
Но еще факт – Бак Чемберс из Майлсбурга, штат Пенсильвания, не был дураком и самоуверенным пижоном. В этом я не раз убедился за то время, сколько его знаю. Сколько его помню.
