Их разговор продолжается уже почти тридцать минут, но за всё это время один из его участников так ничего и не понял, продолжая ссылаться на то, что в данный момент у него не то состояние, чтобы схватывать всё налету. Подросток терпеливо повторял факт за фактом, но и его терпение было не безгранично. Будь на месте этого человека другой, Син бы точно уже вспылил, но из-за того, что человек, что прямо сейчас лежал на заднем сидении в позе шальной императрицы, и чьё тело было полностью оголено за исключением достоинства, что было бережно замотано в полотенце, представлял для него и его цели большую ценность, Айкаве пришлось смириться с его тугим восприятием информации. Конечно, ему очень хотелось сейчас озвучить всё то, что он думал о Дженсене, но дело для него стояло на первом месте, потому ему пришлось вновь начать всё с самого начала.
— Я освободил тебя из плена для того, чтобы ты помог мне в одном деле. — решил попробовать сократить информацию Син.
— Звучит более понятно, чем ты объяснял ранее, но мне интересно, для какого именно дела я тебе понадобился, и как с ним связана героиня номер один нашей страны? — задал вопрос Тодд, пытаясь устроить свою голову на сидении удобнее, но определённая жёсткость ткани, а также тряска автомобиля, мешали ему это сделать.
— Мне нужно убить эту героиню, и тебе будет нужно мне помочь с этим. — ответил сдержанно Айкава, пытаясь держать эмоции в себе.
— И с чего ты взял, что я обязательно помогу тебе? — задал довольно-таки логичный вопрос обнажённый мужчина.
— Я вытащил тебя из плена, так что теперь ты мне должен. — ответил подросток, пытаясь не казаться грубым, но при этом подчеркнул важным тоном последнюю часть предложения особой интонацией.
— Это нихуя так не работает. — прямо высказался Тодд. — Лично я не просил тебя вытаскивать меня из логова тех учёных. Быть может, мне даже нравилась их компания и их особое гостеприимство.
— Мне стоит развернуться и отвезти тебя обратно? — предложил Айкава.
— Ты перебил их всех. Думаешь, мне будет приятно гостить в логове трупов?
— В таком случае, у тебя просто нет выбора. — пожал плечами Син и сосредоточился на дороге.
— В этом ты ошибаешься, пацан. — улыбнулся Дженсен и повертел указательным пальцем. — Прямо сейчас я могу с лёгкостью дотянуться до твоей шеи и свернуть её, и тогда у меня будет не только чуть больший выбор, но и долгожданная свобода.
— То есть, мужик, ты хочешь сказать, что способен добраться до города, будучи полностью голым, найти нужные тебе улицы и при этом не вызвать подозрений со стороны полиции и общества? — поинтересовался Айкава.
— Нахуй полицию и наше общество. — ухмыльнулся Тодд. — Мне плевать на то, какие подозрения я у них вызову. Чёрт побери, меня пытали на протяжении… — попытался назвать точное время он, но немного задумался. — А сколько я вообще проторчал у тех шизоидных ублюдков?
— Если верить той информации, что есть у меня, с момента твоего пленения прошло уже чуть больше пяти лет. — ответил Син.
В этот момент Дженсен замолчал. Кажется, он слегка опешил от названной подростком цифры, но старался не подавать этому виду. Вместо этого он принял сидячую позу и начал рыться по задним кармашкам сидений в надежде что-то найти.
— Где в этой машине блядские сигареты? — задал вопрос обнажённый раздражённым тоном.
— Сейчас. — произнёс Айкава и потянулся к бардачку, из которого через несколько мгновений достал новую пачку сигарет и зажигалку. — Хозяин этой машины не слишком любит дорогие сигареты. — предупредил он и вручил оба предмета Тодду.
Дженсен механически открыл пачку сигарет, его движения стали несколько робкими и лишенными обычной уверенности. Он вытащил одну сигарету из пачки, пальцы его дрожали незаметно, словно он смутно осознавал масштаб происходящего. Затем он поднес сигарету к зажигалке, которую получил от Айкавы, и приложил к ней огонь.
Маленький огонек зажигалки осветил его лицо, яркость пламени отразилась в его глазах, но искры, которые обычно оживляли его взгляд, сейчас казались погасшими. Его рука слегка дрожала, когда он немного наклонился вперед, вдыхая первый кисловатый вдох дыма. Все вокруг замерло в молчании. Шум движения автомобиля утих, а звуки снаружи стали неразличимыми, словно их поглотила пустота. Только ровное дыхание Дженсена и тонкий шорох его движений проникали сквозь тишину, создавая атмосферу невыразимой тяжести.
Дженсен курил, сидя в той же неподвижной позе, как будто его собственное существование застыло во времени. Дым сигареты петлял вокруг него, образуя нежные спирали, которые исчезали с приходом свежего воздуха, что поступал в салон автомобиля. Он втягивал дым, неспешно выпуская его, словно каждый выдох приносил облегчение и некую смутную надежду. В его глазах отразилось ошеломление, видимость его непобедимости незаметно угасала. Он казался потерянным в своих мыслях, словно они разбивались о преграды, которые внезапно возникли перед ним. Но он продолжал курить, словно в этой маленькой сигарете скрыта вся его сила и решимость.
