Сценарист полностью

Люди собирались вокруг центральной площади, где уже стояла огромная новогодняя елка, украшенная тысячами огней и мерцающих игрушек. Веселый шум и смех наполняли воздух, а музыкальные ансамбли играли праздничные мелодии, заводя всех в танцевальное настроение.

Небо над городом было затянуто тяжелыми серыми облаками, словно они собирались разорваться и пролиться дождем или снегом в любую минуту. Но это не нарушало праздничного настроения жителей Нью-Йорка, скорее добавляло ощущение волшебства и неожиданности к этому великолепному моменту ожидания Нового Года.

В этот же момент по улице, что была полна весёлыми и радостными людьми, шёл хмурый и мрачный подросток, убрав руки в карманы. Он был сгорблен, а его походка с виду была достаточно тяжёлой — каждый его шаг выглядел так, будто бы он вот-вот упадёт, после чего никогда больше не встанет.

Его лицо скрывали длинные волосы и сильно поношенная медицинская маска чёрного цвета. Несколько раз подросток пытался убрать с глаз жирные локоны, но те всякий раз предательски вновь и вновь закрывали ему взор, и после очередного такого действия с их стороны он прекратил бороться, позволив им свисать на его лицо. Конечно, так было труднее что-либо разглядеть, но, казалось, ребёнка это мало беспокоило.

' Надеюсь, что с тобой всё будет хорошо, Шин. Нет, я уверена в том, что ты уже стал отличным человеком, а если и не стал, то станешь точно. Всё будет хорошо'.

Одет он был как-то легко, что не подходило под достаточно низкую температуру на улице: почти полностью расстёгнутая куртка красного цвета, которая, скорее, была больше предназначена для осени, нежели для зимы, под ней была видна лишь серая футболка без рисунков и надписей, чёрные спортивные штаны и кроссовки из тонкого материала.

' Что бы ни случилось, я прошу тебя, не становись таким же, как он. Не становись злодеем, Шин'.

Прохожие остерегались его — уж слишком странно и загадочно он выглядел. У многих создалось впечатление, будто они наблюдали за ожившим трупом, с которого вот-вот спадёт заклинание воскрешения, после чего его душа навсегда покинет этот бренный мир, отправившись в далёкое странствие по другим измерениям.

' Именно поэтому я настояла на твоём имени. Ты же знаешь, как переводится твоё имя? Чистый, настоящий и правдивый. Твоё имя олицетворяет все мои чувства к тебе, мой мальчик. Только в чистоте любви к тебе я полностью уверена, и я хочу, чтобы ты всегда знал, что я до последней секунды своей жизни продолжала любить тебя больше всех на свете'.

Подросток скалился от злобы, но уже на следующее мгновение его лицо принимало прежний опустошённый вид. Слишком много сил уходило на проявление эмоций. Не стоит тратить на такую бесполезную вещь то, чего осталось катастрофически мало.

' Так я и не отрекаюсь от своих слов: умер тот Син, что называл себя величайшим злодеем. Сам же человек всё ещё жив, если, конечно, тебя так можно называть, поскольку то, что я вижу сейчас, не очень сильно напоминает мне человека. Скорее, пустая оболочка, что продолжает жить, потому что привыкла'.

Впервые за долгое время он почувствовал жалость к самому себе. От ощущения этого становилось больно. Очень больно. Настолько, что сильно щемило в груди, лишая возможности дышать. Дыхание мальчика было тяжёлым и прерывистым, от чего начинала кружиться голова.