– Да как ты смеешь, смертная! – Император пнул Сцинку ногой, Алиша стерпела. Лавиния, не ожидав, испугалась и чуть взвизгнула. Сиятельный Император отступил на шаг и продолжил:
– Где же видано, чтобы вор и убийца был в советниках у Императора? – он нарочито-громко захохотал. Выждав, Сцинка слегка приподнялась, заранее и аккуратно, чтоб этот её жест не приняли за попытку нападения, вытащив из-за пазухи документ, которым размахивала в храме и подала Императору.
– Здесь всё написано.
Из её рук Император бумаги взять не захотел, кивнул слуге, да только Лавиния его опередила, сама выхватила из рук Сцинки бумагу и передала Императору.
– Что же вы, Матушка? – покачал головой Сам.
– Смирение – благодетель, – ответила Лавиния, ниже склонив голову. Император развернул документ. Нахмурился.
– Что ж, здесь сказано, что предъявитель сей бумаги – мой советник Заир. Но как ты посмела думать, что моим советником может быть убийца? Заир – очень уважаемый человек.
– И очень мёртвый! – Сцинка опять вытащила медальон. – Каждый убийца прекрасно знает, как выглядит его предводитель. На случай, если придётся убить и занять его место. А уж кто смотрел в глаза, когда срывал вот этот знак власти с шеи бывшего хозяина – никогда такого не забудет.
– Выйти всем! – резко крикнул Император. – Жрецы тоже вон!
Переспрашивать и роптать никто не стал. Вышли, шелестя одеждами. Закрыли за собой двери.
– Встань! – приказал Сцинке Император. Она встала. Лавиния опять вздохнула.
– Желаете выйти, Матушка? – поинтересовался Император. Матушка-Лавиния лишь покачала головой. Тогда Император снова обратился к Сцинке.
– Мне проще казнить тебя за твои слова, чем разбираться.
– Не проще, господин, – Сцинка погладила медальон и аккуратно устроила его у себя на шее. – То, что Заира убила я, давно все знают. Такая весть наверняка разнеслась быстрее ветра. В Южном замке были его, Заира, приспешники. Кое-кто решился сунуться ко мне, да безуспешно. Я добралась до твоего Сияющего дворца, господин, и стою перед тобой, так как я тебе нужна.
– Это зачем же? – Император опять деланно рассмеялся. – Что за чушь ты городишь, женщина?
– Сцинка. Нынешняя глава гильдии Убийц и Воров.
– И зачем ты мне нужна, Сцинка?
– Ты боишься смуты, мой великий господин. Заир был твоим верным слугой, даже если и щедро подкупленным. Кто займёт его место и будет ли он поддерживать тебя или твоего врага – ты не знаешь. Армия твоя слаба – а мы, убийцы, большая сила, которой ты управлять не в состоянии, а считаться будешь вынужден.
– К чему клонишь, женщина?
– Ты знаешь, что однажды я уже исполнила твою волю, – Сцинка опять слегка наклонила голову. – Когда убила Императрицу-мать.
– Только за такие слова я сначала прикажу вырезать твой грешный язык, а потом отнять твою голову и выставить на обозрение всем на стену – на кол.
– На всё воля твоя! Однако же я верю и в твою несомненную мудрость! Единожды послушавшись, через Заира выполнив твою волю, я могу послушаться снова. А ежели я буду главой Гильдии, и эта сила будет тебе подвластна.
– Но и Заира ты убила.
– Защищала свою жизнь. Это не против Закона. Ежели убийца хочет убить другого убийцу – останется сильнейший.
– А что же Матушка? – Император кивком указал на Лавинию. – Если ты убила её, рядом со мной кто?
Хитер лис, и хитрую ведёт игру. Алиша могла догадаться, что при дворе никто не афиширует, что советник Заир – он же и глава убийц. Все знают и все молчат. А тут она вломилась со своими воплями.
– Матушка и есть, мой великий господин! – Сцинка склонилась ещё ниже. – Будучи свидетелем великого воскрешения и обновления нашей общей Матери, я уверовала ещё больше и горячее и решила положить свою жизнь на то, чтоб в целости довезти Матушку и остаться служить вам – наместникам Бога на земле, Сияющей паре, денно и нощно, покуда я жива!
Ох, сожрут Алишу черти! Как если бы сама дровишек подкинула под адский котёл, в котором будет вариться её душа.
– Красивые говоришь речи. Жрецы Императрицу-мать признали, – кивнул Император.
– И наш господин сегодня зайдёт ко мне в покои, сам удостоверится! – скороговоркой добавила Лавиния. Алиша едва скрыла довольную гримасу.
– Отойди, пока, Матушка, – ласково попросил Император. – Подожди у двери. Нам нужно с нашей покорной слугой обмолвиться парой слов.
Когда Лавиния отошла, Император продолжил:
– Значит, Сцинка, думаешь встать во главе Гильдии?
– Формально я уже Глава. Пока я не убита, это место никто занять не может, хоть сто раз остальные подеритесь друг с другом да повцепляйтесь в глотки.
– Немыслимое дело, чтоб женщина была главой убийц.
– Отчего же? Убийц среди женщин полно, – сказала Сцинка спокойно, но внутренне покривилась.
