Судьба одного из самых значительных людей эпохи Древнего Рима Публия Корнелия Сципиона Старшего прекрасна, трагична и загадочна.
Ему было семнадцать лет, когда карфагенский полководец Ганнибал, совершив с войском небывалый по тем временам переход через Альпы, подобно снежной лавине обрушился на Италию. Юный Публий прошел через ужас сокрушительных поражений римлян от войска профессионалов, для которых убийства, грабеж и насилие были привычным и доходным ремеслом. Изощренный в хитростях и непредсказуемый с точки зрения взглядов и морали римлян, воспитанных в республиканском обществе, Ганнибал после своих побед вырос в их глазах до масштабов некоего божества всесокрушающего коварства. Фраза «Ганнибал у ворот» вошла в историю как свидетельство опаснейшей угрозы для государства. За три года войны ценою страшных жертв римляне едва научились не проигрывать Ганнибалу, уклоняться от решительных столкновений; помышлять же о победе над ним считалось авантюризмом, чреватым катастрофой. И началом пути славы Ганнибала стала его победа над Публием Корнелием Сципионом — отцом нашего героя. Мог ли знаменитый завоеватель тогда, в зените своей судьбы, предположить, что последнее сражение этой войны он проведет с сыном поверженного им консула? Мог ли он знать, что в толпе избиваемых им римлян есть молодой человек, который в свое время повергнет его во прах?
Однако между первым и последним актом той драмы прошло шестнадцать лет. И все эти годы Публий Сципион целенаправленно шел к своей цели.
Сципион еще в возрасте семнадцати-девятнадцати лет поставил себе задачу победить Ганнибала и Карфаген вообще. Об этом свидетельствует то, что уже тогда он смотрел на Ганнибала взглядом полководца и досконально изучил его тактику, позднее использовав эти знания в Африке. Именно в тот период он составил стратегический план, который последовательно воплощал в действительность более десяти лет. В двадцать четыре года он стал полководцем и строил стратегию действий римлян в Испании таким образом, чтобы спроецировать их на Африку, где находилась столица карфагенской державы.
За пять лет Сципион полностью овладел Испанией, изгнав из нее карфагенян, для которых эта страна являлась главной материальной базой в войне против Рима, и при этом одержал не меньше побед, чем Ганнибал в Италии. Он возвратился в Рим героем и стал консулом, но его план войны казался соотечественникам слишком смелым, сенат выступил против него. Пройдя через жесточайшие политические баталии, одолев сопротивление столпа сената Фабия Максима, Сципион убедил сограждан в своей правоте и перенес очаг войны в Африку.
Разбив карфагенян, а затем их союзников — нумидийцев, он вынудил Ганнибала очистить Италию. Тому пришлось думать уже не о завоевании чужого, а о защите своего собственного. Однако Сципион разгромил и Ганнибала. Причем в отличие от своего противника Сципион сумел извлечь реальную пользу из победы и принудил Карфаген к капитуляции.
В дальнейшем под руководством идейного последователя Сципиона Тита Квинкция было нанесено поражение Македонии, а сам Публий вместе со своим братом Луцием руководил победной кампанией против Сирийского царства. При этом Сципион строил отношения с побежденными странами таким образом, что все, с кем он воевал: испанцы, нумидийцы, сирийцы и даже карфагеняне — стали союзниками римлян. Когда Сципион впервые получил войско, римское государство со всех сторон теснимое врагом, сжалось чуть ли не до границ Лация, небольшой области вокруг Рима, а к моменту его ухода с политической арены неформальные границы Республики раздвинулись до пределов тогдашнего цивилизованного мира.
