Я повернул глаза в сторону строй площадки и задумался. 1988 год действительно крайне интересное время. Во многом поворотное. Мало кто задумывался откуда пошла организованная преступность? Как так? Раз и в 1989ом в Москве начали стрелять? А пошла она в основном из сферы услуг. Молодые кооператоры приглашали молодых спортсменов и просто парней охранять бары и кафе. Гостиницы и другие заведения. Появлялись деньги, а с ними, например, долги, которые надо было отдавать или забирать. А как это сделать? Не в милицию же обращаться? Так вот же – перед тобой твои молодые спортсмены-работники. Кооператоры сами втягивали ребят сначала в серую зону экономики, потом в небольшой криминал. А потом волк на цепи понимал, что он тупо сильнее своего хозяина, а те обьедки со стола, которыми тот его кормит – по сути мелочь. Вот эти волки и просили других волков наехать на своих же нанимателей. Чтобы потом типа спасти. Деля своими должниками. Через это входили в бизнес. Росли. А дальше больше. Тем более, что милицией это никак особо не контролировалось.
С милицией, кстати, тоже отдельная тема. Часто бывало так, что бригады давали ментам бензин и многое необходимое, чтобы работать, а то и банально выжить. То, чего от государство было не дождаться. Такие бригады получали своеобразный «проездной» или «абонемент на преступления». Ну как сажать того, кто тебе кормит? Нет, бывали и исключения и не мало. Но в среднем по больнице, все было именно так.
Дождавшись окончания смены, мы с Медвежонком почапали вниз. Пора было переодеваться и ехать в комендатуру. Ну, а на утро пятницы. Когда Леонченко лично встретил высоких гостей и стал водить их по объекту, случился казус. На здоровенной плите забора прямо у здания, облицовкой которого мы, в том числе, занимались, красной краской кто-то красивым почерком вывел следующее:
«Не сдали Москву в 41, не сдодим и объект!». Таки и написали. Сдадим через букву «о».
Так как за комиссией хвостиком ходила часть рабочих, ржач поднялся такой, что за ним даже было не слышно, что орет главный проверяющий побледневшему Леонченко. Короче, проверка оказалась сорванной. Надпись немедленно закрасили, а нас снова гоняли без продыха до самого вечера. Пока не копали яму, таскали плитку в здание или ровняли и без того ровную траншею. Так что ни отдыха тебе, ни перекура. Леонченко носился по территории как угорелый и постоянно на всех орал. Держал провинившихся работяг, так сказать, в тонусе.
21 октября 1988 года, м. Динамо, г. Москва, Святослав Степанович Григорьев
Вечером едва-едва успели добраться до нашего схрона в точке траншее, где намечалась встреча с покупашкой. Фары баклажанного пирожка двумя прожекторами осветили нас и приблизились, когда мы только подошли и Медвежонок нырнул за товаром. Наружу вышел Сергей и громко хлопнул дверью. Выглядел парень слегка взъерошенным и не выспавшимся, ухоженная при прошлой встрече борода сегодня была взлохмачена, взгляд воспаленных глаз мрачен.
- Привет, мужики. Чем сегодня порадуете? – наигранно бодрым тоном поинтересовался он и пожал мне руку. А затем и Малому с Рязанью, и перепачканному Медвежонку когда мы вытащили товар.
- В этот раз чуть меньше вышло. На стройке кипишь был. Проверка приезжала. Так что в этот раз не обессудь. Компенсируем в следующею пятницу, – сразу дал я весь реальный расклад.
- Хренова. Дефицит мне сейчас бы не помешал. Ну что ж, давайте считать чего у вас там, – вздохнул мужик и стал аккуратно вскрывать коробки и записывать количество товара в блокнот.
- Итого на 1460 рублей, - подытожил через 10 минут Сергей, – не густо. Но лучше чем нечего, – покупашка протянул деньги и было собирался проститься, но потом хлопнул себя по лбу, – Ах да! Чуть не забыл. Я смотрю вы ребята крепкие. Не хотите завтра в Химках в обед подкалымить?
- А что за калым? – уточнил Рязань, который аккуратно складывал свою часть денег купюра к купюре.
- Надо будет машину разгрузить с товаром, у меня в кооперативном здании, плачу 25 рублей на рыло, - посмотрел с надеждой мужчина.
- По 30ке и договор, - протянул руку Малой. Видимо парни подсмотрели у меня и теперь все время старались торговаться.
- Идет, – пожал протянутую руку покупшка, – все четверо сможете? - посмотрел он на меня вопросительно, но я отрицательно покачал головой. У меня своих планов было громадье.
- Втроем будем. Мы парни крепкие. Особенно Медвежонок, так что справимся, – заверил мужчину Малой. На том и порешили. Пирожок кооператора уехал, а мы пошли к дороге и через 10ок минут поймали такси. Переодеться и получить «увольнительную» много времени не заняло. У выхода с комендатуры меня уже ждал довольный Медвежонок с пакетом пирожков, один из которых он сейчас активно жевал:
- Я смотрю ты таки нашел куда тратить деньги? – хохотнул я, – решил пустить деньги в рост?
- А что? – пожал плечами парень, жуя пирожок. Мы как раз двинулись в сторону станции «Крюково», - ты сам говорил, что мне надо расти.
