- А ко мне тут пацаны подкатывали. Чиж, Слава, помните был у нас такой Кефир? Ну, Никифоров Антон? – Чиж кивнул, я тоже напряг память. Был такой на секции, но не долго. Тренировки пропускал часто, один раз пьяный вообще пришел. Приблатненый такой распиздяй. Неприятный короче, – ну вот! Он с друганами. Зовут с ними работать.
- С ними это с кем? – не понял я.
- Ну, они под Хромым вроде. Знаете же? – я с Чижом снова синхронно кивнули. Медвежонок же продолжал с настроением разделывать леща, не особо обращая внимание на наши разговы, - ну и вот. Говорят, ты пацан спортивный. А с ними бабок можно хорошо поднять.
- И чо ты, Петро, решил в бандиты пойти? – спросил я и внимательно посмотрел на парня.
- А куда идти то? В спорте жопа! Слыхал Михалыча на хоз. расчет поставили? Ща ремонт и комуналка на нем, а завтра просто здание отнимут и иди куда хочешь. На соревнования денег тоже нет. Я на четвертом курсе МФТИ. Меня там и держат то по спортивной линии. И куда дальше? Да пох куда. Один хрен горбатиться за 150 рублей и комнату в комунлке, – помрачнел пацан и сделал глоток из бутылки.
- Хреновые перспективы, – согласился Чиж, – но эти что с Никифоровым крутятся тоже считай шестерки. Принеси, подай, уйди не мешай. Гоп стопят, да рэкетирят.
- А ты откуда знаешь? – удивился Пельмень.
- А я многое знаю, – прищурился хитро Чиж и подмигнул мне, – много с кем общаюсь. Много с кем дружу. То там услышу чего. То тут.
- Вот тебе мой совет, Петро, – привлек я внимания парня, – пока к Хромому не лезь. Нужны бабки – вон Чижа попроси в кооперативные танцульки пристроить официантом или охранником. У Хромого слышал могут скоро серьезные проблемы начаться. Так что не лезь.
- Да. С лобненскими у них недавно вышел закус, – подтвердил Чиж, теперь удивив уже меня своей информированностью. Надо бы поговорить с ним на счет сына Хромого и племянника нашего первого секретаря. Может что и нароет. Только сперва хорошо бы его проверить. Фишка в том, что среди вот таких вот информированных частенько были ментовские стукачи.
Тем временем наш разговор был неожаднно прерван. Во двор въехала, ярко светя фарами, красная девятка. Смутно знакомая. Из приоткрытых окон играл какой-то блатняк. Машина остановилась у моего подъезда, громко хлопнули двери, исторгнув из себя четырех мужиков. Те покрутили головами и отправились в нашу сторону.
- По ходу к нам, – вздохнул я и поднялся, – вставайте, мужики. Сука, пива попить нормально не дали.
- Вот он! И кореш его тоже вон, -ткнул пальцем два раза в нашу сторону знакомый пацан. Сначала в Чижа ткнул, а потом в меня. Был это Юлькин хахаль, который вчера получил в физиономию от моего гоповатого товарища. Удалось рассмотреть и компаньонов этого горе-Ромэо. Ну что сказать? Типичные шкафоподобные бандюки в черных куртках. Один из них выделялся поломанными ушами и шеей толще головы. Явно борец. Он шел впереди рядом с Юлькиным ухажёром.
- Ну чо, кто то за руками не следит, а? – басовитым голосом спросил борец. Остановился и упер руки в боки.
- Добрый вечер. А вы пацаны чьих будете? – я вышел навстречу парню и посмотрел ему прямо в глаза.
- А тебе не все равно? Вы пацана нашего поломали? Поломали! Значит теперь будете отвечать.
- То есть, вы приезжаете к нам на район. Ни «здрасте», ни «до свидания». Не представляетесь. Да еще и предъяву кидаете кривую? Еще раз. Кто предъявляет?
- А ты сам-то, кто? - зло набычился борцуха. Ему не нравилась мое спокойствие и уверенность в голосе.
- Это Слава Студент! Младший брат Вовы Сержанта. Так то, – откуда то из-за спины сказал Чиж. От чего я поморщился, ну нельзя поперек батьки лезть. Говорить всегда должен кто-то один.
- Афганцев что ли? – удивился борец и даже немного потерялся от этой информации.
- Слышь, а это не ты вчера в «Руси» мужика поломал и пистолет у него отнял? Я там был! Ты вроде с балашихинскими там отдыхал? – спросил один из быков.
- Ну я, – пожал плечами, – выходит, что меня вы теперь знаете. Вы сами кто будете?
- Санек я. Саня Лом. Это пацаны мои, – махнул он рукой за спину, – мы под Хромым двигаемся.
- Ясно, Саня. Так что за предъява у вас ко мне и Чижу?
- Ну не к тебе предъява так то, а только к Чижу этому, – в воздухе переобулся Лом, – он нашего товарища исподтишка поломал. Перед девушкой унизил. Некрасиво.
- Исподтишка? – хмыкнул я, – Послушай, Лом. Я на месте был и видел все своими глазами. Ваш этот товарищ сам быканул на Чижа. Они начали тереть, а потом за свой базар он получил под дых. Он вам рассказал как девчонка его на себе тащила и в машину грузила? От одного то удара?
- В натуре? – Саня повернул лицо к «потерпевшему» и вопросительно посмотрел.
- Ну… Не совсем. А чо он? Я не ожидал удара, – в общем то дальше было все понятно. Кто начинает оправдываться, тот и не прав. А когда ты делаешь это таким неуверенным тоном, да еще и слегка истеричным тоном, то вообще пиши пропало.
