По всей площади поместья проявились тома рун скручивающихся в разнообразные геометрические фигуры. Треугольники, квадраты, перпендикулярные линии… Их было слишком много чтобы сосчитать за столь короткий промежуток времени.
Я держал уши востро, по старой привычке тяня руку к поясу, там где в прошлой жизни неумолимо висел мой клинок.
С многочисленными щелчками механизма кирпичная стена отварилась производя практически столько же шума что и отбойный молоток.
Я застыл на месте, неподвижно ожидая когда пыль осядет.
Неожиданно, однако в пределах возможного фиолетовая молния сверкнула в пыли словно муха оставляя за собой тончайший слой пепла.
По ту сторону послышался явно разгневанный голос Дантеса.
Дантес: Что я тебе говорил? Только что в шестой раз предупредил что по ту сторону будет ждать гость!
Пыль развеялась и я во всей красе смог разглядеть разворачивающуюся картину.
Деревянный пол сделанный из стволов казалось бы ещё свежо срубленных деревьев из тропического леса пытался ударить в мой несуществующий нос запахом чистой влаги.
В самом центре огромного здания уже находился стол.
Тсуна: К слову снаружи куб выглядит действительно меньше чем внутри.
Стальные лозы обвивали каждый стул и тумбу словно живые. Из каменных сидений цвели красивые фиолетовые цветы, небывалая редкость.
На столе уже стояло кофе и полные чашки.
Мой взгляд резко переключился на периферийные по важности зоны.
Две 3 метровые лестницы из обшарпанного но цельного кварца вели на второй этаж расходясь в противоположные от друг друга стороны. В самом центре, над столом и между 2-ух метровыми в ширину дорожками второго этажа висела стеклянная люстра с мириадами синих кристаллов.
Однако мой взгляд снова оторвала ссора Дантеса с подчинённой.
Девушка, на вид лет 16 одетая в чёрно-глянцевое платье горничной сделала реверанс в мою сторону однако Дантес только слегка дал ей ладонью по макушке.
Дантес: Мара! Хватит иди к себе в комнату, ты уже сделала достаточно.
Я не мог розглядеть её лицо под водопадом шелковистых каштановых волос когда она дополнительно прикрыла глаза тонкими белоснежными руками.
Её подол платья рьяно шуршал когда девушка побежала по лестнице на второй этаж.
Впервые за всё время Дантес искренне извинился наклонившись в 90 градусов создав прямой угол.
Дантес: Прошу прощения. Мара моя младшая сестра и ввиду пережитого крайне критически относится к нежити.
Я поднял правую руку перед ним с раскрытой ладонью успокаивая.
Я: Нечего страшного бы не случилось даже если бы она попала своим заклинанием. Как сам знаешь любая нежить быстро регенерирует.
Дантес замешкал бегая глазами.
Дантес: Но всё же…
Я положил ладонь на его плечо и он вздрогнул.
Я: Забудь, давай сделаем вид что этого не произошло.
Тсуна: Видимо не только его сестра боится нежити.
Когда ты так говоришь то я только обратил внимание что на его лице видны хорошо спрятанные под слоем грима шрамы по какой-то причине не излеченные светлой магией.
*От лица Дантеса*
Моё тело дрогнуло когда Линк попытался убедить меня в том что нечего не произошло.
Его холодная, отстроенная рука слегка сжала моё плечо и всего на мгновение я снова ощутил то ужасное прикосновение сумасшедшего Лича.
Я помню тот момент будто события вчерашней давности.
Громоздкая, чёрная как мрак фигура, тёмные кости которой были настолько сильно пропитаны элементом тьмы что выглядели как постоянно тлеющий уголь. Также постоянно сопровождающее неконтролируемое облако ядовитого дыма давило в практически ослепшие глаза ещё молодого меня.
Его фигура возвышалась надо мной, сидящем на полу холодной камеры лишённой всякой одежды. Эта мразь считала что это помогает его "друзьям" оставаться в себе когда он раз за разом модифицировал наши тела. Однако я досихпор не помню, нет… Не понимаю что он сделал.
Этот процесс затягивался месяцами если не годами, в тёмной камере невозможно было закрыть глаза не то что поспать. Что-то настолько простое и приземленное как сон будоражило мозг словно бутылка этилового спирта. Один глоток — означает смерть но запретный плод слишком сладок. При каждой попытке просто прищурился за веками морщился Личь спрашивающий "как дела" и каждый раз, абсолютно всегда, каждый чёртов раз он вставлял случайное имя абсолютно не обращая внимания на что-то столь крошечное как "кличка". Он действительно видел в нас дворовых собак.
В тот раз точно также как и сейчас, он положил руку на моё костлявое плечо и клубы дыма улыбнулись сложившись в тень за его спиной. Последнее что я помню это сильное давление в области затылка и груди, а также его непомерно огромную костяную руку закутанную в длинную чугунную цепь сверкающую искрами когда его мана вышла наружу.
Пепельная рука покрылась тёмной энергией и обожгло моё лицо. После этого Мара и Я очнулись в абсолютно другом месте с здоровыми людьми. Меня давила зависть к их белоснежной коже и нетронутым телам но также я был счастлив снова увидеть кого-то полностью покрытого цельной кожей.
Моргнув пару раз я смог выкинуть эту дрянь из головы и вернутся к реальности.
