Инициация и академия впереди. А это значит, ещё больше приключений. Новые друзья. Возможно, враги. И, конечно же, понимание того, что раньше казалось совершенно незначительным. Но я верю, что всё у меня получится.
Любой человек появляется в этом мире, не имея никаких знаний, умений, навыков. Ему приходится всему учиться. Даже дышать. В этом помогает умелая рука акушера, что шлёпает младенца по попе. Дальше его прикладывают к груди матери, усиливая и без того крепкую связь. В последующие несколько месяцев ребёнок учится держать голову, улыбаться, расстраиваться. И делает он всё это, смотря на своих родителей, или людей, что их заменяют.
И так на протяжении всей жизни, человек постоянно чему-то учится. В этом плане сильнее всего повезло представителям старших семей, чья кровь может стать для них отличным наставником. Знания и умения прошлых поколений позволяют членам старших семей совершать меньше ошибок, выбирать правильное решение, а порой и вовсе вкладывают знания в разум, минуя все этапы обучения.
Но для этого род должен быть очень древним. Не меньше тысячи лет и нескольких десятков поколений, постоянно усиливающих Силу Крови. И этого добиться сложнее всего. Слишком ревностно старшие семьи берегут свою кровь. Свой дар, на взращивание которого ушло столько времени и сил.
Петру Алексеевичу Годунову, это было известно, пожалуй, лучше любого из ныне живущих на планете. Ведь это именно его семья помогает раскрыться силе крови старших семей. Они в своей академии ограняют таланты нового поколения. Они начинают обучать будущее империи. Обучать по-настоящему. Тому, чему их не смогут научить больше нигде.
В семье к детям относятся слишком снисходительно. Многое прощают, позволяют, а на проступки смотрят сквозь пальцы, порой даже умиляясь им. А вот Годуновы не позволяют себе подобного. Как и не позволяют детям делать всё, что взбредёт им в голову. Выдавливают всю дурость, что они успели нахватать от своих родственников.
Конечно, многие старшие семьи сами пытаются воспитывать своих отпрысков со всей строгостью и соблюдая некие правила, которые они сами для себя придумали. Но подобное обучение получается однобоким. В нём слишком много прогалов и слабостей, которые в нужный момент могут подвести. А вот система обучения Годуновых не имеет этих слабостей. А если такие всё же возникают, то их устраняют ещё до того момента, как они повлияют на обучение.
Единственный род в империи, способный видеть событийные вероятности, может позволить себе подобную роскошь. А ещё он может позволить себе выбирать детей, которых будет обучать. Выбирать, где именно и как они их будут учить.
В последние несколько сотен лет Годуновы брали практически всех. И вот и наступил момент, когда эта традиция может быть нарушена. Когда даже дара, сильнейшего из Годуновых, не хватает, чтобы увидеть, как будет проходить обучение одного мальчишки, появление которого они также не смогли увидеть. Хотя в своё время и работали очень плотно над новым родом, созданным по личному указу императора.
— Дедушка, тебе стоит отдохнуть. — раздался взволнованный голос, напомнивший Петру Алексеевичу, что он не один.
Сейчас в кабинете, расположенном в шпиле, величественной башне, что стоит в самом сердце академии, глава рода Годуновых находился вместе со своей младшей внучкой. Он обучал её. Смотрел, как Василиса справляется со своими способностями. Ведь ей также предстоит в этом году поступать на обучение в академию.
И это сильно беспокоило Петра Алексеевича. Как и ещё один студент, вернее, студентка, что в этом году будет у него учиться. Ещё ни разу в истории академии в её стенах не обучался Рюрикович первой линии. Наследник престола. Надежда и гордость императорской семьи.
Поэтому на Петре Алексеевиче и всех Годуновых лежала огромная ответственность. Ему предстояло научить быть членом старшей семьи, высшим аристократом, не двенадцать, а тринадцать, вернее, уже четырнадцать подростков, которым только предстоит пройти инициацию. Задача из ряда вон. И среди этих детей будет один, которого сила Годуновых просто не видит. Вот как он в такой ситуации может отправиться отдыхать?
— Ты иди, внучка, а я ещё немного поработаю. Нужно столько всего просмотреть. В этом году мы не можем допустить повторения прошлого набора на факультет старшей крови. От этого зависит само существование нашего рода. Даже ты уже способна увидеть последствия, которые настигнут род, если мы вновь допустим ошибку.
— Но ты же сам говорил, что никаких ошибок с нашей стороны не было. Что никто не мог предсказать той трагедии. Даже сами главы пострадавших семей признали это и отказались от мести.
Пётр Алексеевич печально улыбнулся, стараясь не смотреть внучке в глаза. Признать, князья признали, вот только отказываться от мести никто не собирался. Поступи они так — сразу бы потеряли в силе. А подобного не произошло ни с одним из князей за время, прошедшее с момента трагедии. Наоборот, все стали только сильнее.
