После пробежки тренер поставил нас играть в баскетбол, разделив команды так, чтобы было поровну, ну, насколько это было возможным, омег, альф и бет в каждой команде. Мне повезло, и я оказался не в команде Джея. Это меня радовало, так как я откровенно плохо играю, руки у меня растут не из того места, я просто не могу нормально вести мяч, так что когда он прилетает ко мне в руки стараюсь как можно раньше избавиться от него, и это у меня не всегда удачно получается, а если быть до конца честным, то очень редко. И вот если бы я совершил ошибку в команде Уилсона, он бы меня там же и растерзал на мелкие кусочки, а вот Рональд, негласный капитан нашей команды, совсем другое дело — по голове, конечно, не погладит, но и бить не станет, просто наградит хмурым взглядом. Да, будет неприятно, что опять подвёл команду, но я это переживу.
Только радовался я раньше времени: как только мы начали играть, так Джей сразу стал меня толкать, пихать и всячески зажимать. После очередного такого толчка я падаю и сильно обдираю коленку об асфальтированное покрытие площадки, мистер Адамс несколько раз делает замечание этому несносному альфе, но он не обращает на них никакого внимания!
— Джей, оставь в покое Криса! Ты на нем скоро живого места не оставишь!
— Простите, мистер Адамс, но что хочу, то и буду с ним делать! Меня все равно никто не остановит! — Джей всегда уверен в себе, и хоть он ещё совсем молодой альфа, но и так всем понятно, что из него вырастет очень сильный соперник, которому мало кто может противостоять.
— Я здесь учитель, а ты ученик, и пока ты находишься на территории школы, ты должен выполнять мои требования!
— Может, сразимся? И узнаем, кто какие требования должен выполнять, — Джей откровенно дразнит мистера Адамса и даже не скрывает этого, он говорит все это с улыбкой на губах и неотрывно смотрит прямо в глаза учителю, вставая к тому вплотную.
— Ты забываешь, что ты пока не имеешь права вызывать и принимать участие в борьбе за омег. Ты ещё несовершеннолетний, так что наш разговор на этом закончен. Возвращайся на площадку. А ты, Крис, можешь идти домой, для тебя урок окончен. Все остальные возвращаются на площадку и продолжают играть!
Бои за омег уже давно никто всерьез не воспринимает. В самом начале, когда человечество разделилось на альф, бет и омег; альфы стали сражаться за право оплодотворить омегу, но сейчас это уже борьба за лидерство, кто сильнее — тот и прав. Такой простой закон, совсем как у животных, а не как у людей.
Наблюдая за спором двух альф, я совсем не обратил внимания на то, что это зрелище собрало весь наш класс. Всем хотелось посмотреть на перебранку учителя с учеником. Я решил, что мне это уже не интересно и кое-как доковыляв до раздевалки, спешу скорее в душ, пока урок не подошёл к концу, и сюда не пришли все омеги и беты женского пола из нашего класса. Быстро ополаскиваюсь под душем — такой роскоши у меня дома нет, и я позволяю себе пару минут просто постоять под струями горячей воды, прежде чем выхожу. Вытираюсь жёстким полотенцем и одеваюсь, быстро покидаю здание школы.
Мой путь лежит через спортивную площадку, как раз в это время Адамс завершает урок, и мимо меня идут разгоряченные и уставшие одноклассники. Стараюсь не поднимать глаза, чувствую на себе тяжёлый взгляд и ускоряю шаг, чтобы побыстрее смыться с территории школы.
Сижу, жду маму, когда она выйдет из кабинета врача. В бесплатной поликлинике, как обычно, много народа, душно и очень шумно. Обшарпанные лавочки, обшитые дешёвым дерматином, тут и там из дырок в обивке торчит поролон.
С волнением ожидаю маму, надеюсь, что врач скажет о том, что болезнь отступает, и мама скоро поправится. У неё рак лёгких. Страшный диагноз, даже говорить о нем боязно, стараюсь это слово вслух не произносить, как будто это может уберечь от этой болезни. Мама очень долго работала на заводе по производству различных пластиковых изделий, там хорошо платили, но вред здоровью оказался дороже. Она пошла туда работать после смерти отца, чтобы обеспечить меня всем необходимым для моего обучения в школе. Конечно, нам полагается льгота, а так же выделяется пособие на лекарство и лечение, но все расходы оно не покрывает.
Наконец выходит мама, быстро к ней подхожу и подставляю свою руку, чтобы она смогла на неё опереться.
— Что сказал врач? Есть улучшения? — с волнением заглядываю матери в глаза.
Присев, она заходится приступом кашля. Тревожно оглядываю её. Мне так хочется ей помочь, но я совершенно не знаю чем!
— Всё хорошо, мне лучше.
Мама, как всегда, когда врет — отводит глаза, вот и сейчас так же. Значит всё очень плохо, и она не хочет меня расстраивать. Делаю вид, что верю, и мы вместе выходим из поликлиники, довожу маму до ближайшей лавочки, где она может немного отдохнуть.
— Мама, посиди пока, отдохни. Я сейчас приду.