Ступень вторая полностью

Мне показалось, что Глазьев на том конце задымился. Наверное, перегорело желание обзавестись супругой.

— Ха-ха, — раздельно сказал он. — Мы пошутили, вы пошутили, теперь давай вернемся к тому, что было. Ермолина мне не нужна.

— Мне тоже. Сам подумай, к чему мне маг, который за моей спиной договаривается о передаче моих секретов другим кланам.

— Ты же знаешь, что передача не состоялась.

— И?

— Я требую расторгнуть договор.

— Какая там минимальная ставка? Сто миллионов? Вот выплачиваете сто миллионов, и аннулируем договор, — с насмешкой предложил я.

Серый зажестикулировал, намекая, что размер выплаты должен быть увеличен раза в два. Но мне казалось, что для играющего против меня клана сотки вполне достаточно. Во всяком случае пока. Речь шла о публичной порке, чтобы показать: связываться со мной не стоит. Дело было не в деньгах, а в прецеденте.

— А не обнаглел ли ты?! — рявкнул Глазьев так, что в ухе у меня зазвенело.

— Тебе кажется сумма слишком мелкой? Вот и мой финансовый директор считает, что я погорячился, назначая такие низкие откупные. Сто пятьдесят. Будешь торговаться — еще увеличу.

На удивление Глазьев в ответ не взорвался, напротив, в трубке стояла тишина, не прерываемая даже дыханием. Как выяснилось, это было потому, что Глазьев отдавал распоряжение подчиненным и получал от них отчет, потому что тишина прервалась довольным:

— Два моих мага только что вошли в твою квартиру. Как ты думаешь, жизнь и здоровье твоих родных стоят того, чтобы разорвать наш договор?

Все-таки Глазьевы идиоты. Одна радость: вопрос с кормежкой духа на пару недель решен. У него там целое пиршество намечается, спасибо щедрым меценатам.

— Только из уважения к вам, выкуп каждого мага — пятьдесят тысяч, — сказал я, изо всех сил пытаясь не ржать. — В противном случае вечером сдам в полицию обоих. Разговор, который я записываю, так же будет им предоставлен.

— Блефуешь, сопляк, — зло выдохнул Роман. — В квартире два не-мага и один малолетний недомаг. Что они противопоставят двум моим обученным дружинникам? Неужели ты совсем не переживаешь за родных?

— Твои дружинники до моих родных даже не дойдут, — с насмешкой ответил я. — Они сейчас висят по обеим сторонам от двери. И будут так висеть либо до приезда полиции, либо до перечисления денег на наш счет.

Разговор я прервал сам и позвонил Олегу с просьбой не спускаться и никому не открывать до моего приезда, даже если заявится умывающаяся слезами Ермолина. И особенно — не пускать вниз маму. Ни к чему волновать беременную женщину внезапно возникшими барельефами по бокам двери. Все равно они временные.

Предосторожности оказались не лишними. От выстрелов спас щит, который активировался сразу, не дав ни одной пуле врезаться в машину, а от файербола — зеркало, отправившее подарок назад, к нападавшим. Машина не пострадала, даже движение не замедлила бы, если бы Серый не нажал на тормоз. Зачем, спрашивается? По-хорошему, в такой ситуации на газ жать надо.

— Это что было? — хрипло спросил он, глядя на факел, в который превратилась машина нападавших.

Защитой те не озаботились: клан артефакты не выдал, а заклинания наносить не стали. Дело-то плевое: долбануть пацана с подручными. Но легкость обернулась тем, что в живых из нападавших не остался никто — не пожалели глазьевские прихвостни силы удара.

— Это, Серега, нас убить хотели, — пояснил я. — А ты сейчас стоишь и подставляешься под следующий удар.

— Какой следующий удар? Думаешь, там кто-то выжил?

— Никто, — ответил вместо меня Тимофей. — Удар был такой силы, что не оставил им ни малейшего шанса.

В его голосе послышалось осуждение, поэтому я заметил:

— Я только отразил отправленный ими. Но группа может быть не одна. Так что не стой Серега, поехали.

На самом деле я был уверен, что больше никого на нас не натравили, но с полицией объясняться не хотелось. Или кто тут отвечает за преступления совершенные с помощью магии? Императорская гвардия?

— Погодь, в себя приду. — Серый резко выдохнул и неожиданно вытащил телефон.

— Вань, на нас тут напали. … Как что? Протест отправить. … Кто напал? … Неустановленные лица на неустановленной машине. … Какие номера? Я ж говорю неустановленные лица. Все сгорело. … Нет, не мы напали. На нас. Мы только защищались. … Точно не мы первыми напали. Это было отражение направленной на нас атаки. Уверен, на записях камер все будет прекрасно видно.

Тем временем остановились не только мы. Народ повыходил из машин, но к пожарищу не лез, ограничивался съемками на расстоянии. И то сказать: горело красиво, такое зрелище не каждый день увидишь.

— А мы вообще место происшествия покидать можем? — неожиданно спросил Тимофей.

— Даже не можем, а должны, — бодро ответил Серый. — Теперь это Ванькина забота.

Машина плавно тронулась и унесла нас с места преступления. Нужно будет Мальцеву при встрече спасибо сказать. По телефону это может вылезти ему боком, но поблагодарить я обязан.

— Серег, а куда жаловаться? — заинтересовался я. — Может, имеет смысл Ефремова набрать?