Дмитрий Тарабанов.
Ступеньки
Памяти Геннадия Мельникова
Последняя неделя Ника оказалась чрезвычайно богата на происшествия. Три дня назад, в четверг, опять убили Анну. Бедняга совершала пробежку по продуктовому магазину, катя перед собой объемистую корзину, под завязку набитую красочными упаковками полуфабрикатов, - как раз подъезжала к гигиеническому отделу, - когда из-за угла выскочил человек в черной маске и застрелил женщину в упор. Корзина, столь тщательно укомплектованная, перевернулась, а Анну пришлось немедленно доставить в больницу и всадить ей три укола. Она потеряла много крови и почти три часа провалялась без пульса, потому до самого вечера, вопреки пожеланиям мужа, ее не выписывали из больницы и поили кислородным коктейлем с апельсиновым сиропом.
- С этим надо что-то делать, - возмущалась Анна по пути домой. - Это уже не первый раз. И никто никак в толк не возьмет, почему страдают именно Домохозяйки...
Давая жене возможность успокоиться после стресса, Ник не стал объяснять, почему никто не убивал Секретарш. Да и не было секрета в том, что большинство действующих Бизнесменов, занимающих просторные кабинеты с кожаными креслами, в которых можно с легкостью утонуть, и столами красного дерева с вечно покоящимися на них туфлями, - те самые бывшие Убийцы. Они спят и видят, что в соседнем кабинете появится чуткая и внимательная женщина с чулками на подтяжках - и заранее заботятся о добром здравии кандидаток.
Но убийство Домохозяек было несправедливостью, и Ник это понимал. Он пообещал Анне, что не расскажет дочери о неприятном инциденте. Правда, "легенду" придется подсластить каким-нибудь подарком, иначе Рита все сама выведает, но затраты на подарок - пустяк, по сравнению с вопиющей наглостью убить женщину у стенда с гигиеническими принадлежностями.
Два дня назад, в пятницу, незадолго до полудня, единственный оставшийся в городе Конструктор, пухленький и веснушчатый Тимофей, обустроивший добрую половину района и изменивший его первоначальный лик, во всеуслышание заявил о своем повышении и переквалификации в Археолога. К несчастью для Ника, Тимофей в это время занимался капитальным ремонтом его дома, небольшого беленького "дэтечта", который Анна давно планировала переделать в "сэми"1. Когда уставшая семья возвратилась из аквапарка, на месте милого дома разверзся развороченный фундамент.
- Долина Древностей себя изжила, - с энтузиазмом втолковал Тимофей опешившим владельцам. - Единственный выход - копать прямо здесь. Кардинальные перемены, современные взгляды, прогрессивные методы единственный способ сдвинуться с мертвой точки...
Тимофей говорил убедительно, и, в конце концов, Ник уступил.
К вечеру, когда воодушевленные зеваки разбрелись по домам, Нику, Анне и дочери Рите пришлось провести ночь в походной палатке на патио, холщевый свод которой не спас от некстати разразившейся грозы. Ночью на Ника все время что-то капало, и лишь под утро ему удалось заснуть. Задолго до рассвета его разбудил развеселый звон кирки о трубу. Как выяснилось, трубу газопровода.
В тот же день, субботой, Игорь собрал уцелевшие пожитки, разбросанные по району фотографии - и переселился в гостиничный номер. На время, пока не уладится вопрос с постоянным жилищем. Номер был однокомнатным, Ник не представлял, как они поделят жизненное пространство, и боялся, что женщины не дадут ему поработать над новой книгой, просматривая очередные серии "Мореходной луны". Но те нашли другую забаву. Весь день они проторчали в бильярдной, а в комнате было тихо и спокойно. Ник смог сосредоточиться.
А сегодня, утром солнечного воскресного дня, когда даже поскрипывание несмазанных качелей в раскинувшемся неподалеку парке располагало к приятному отдыху, Николаю позвонил Кир.
- Мне нужно поговорить с тобой о реальности, - приглушенно сказал он.
Уже по дороге в парк Ник понял, что не видел Кира больше двух лет. В городе с населением ровно 512 человек спрятаться было сложно, учитывая то, что на день Рождения собирались все до единого, а супермаркеты и магазины располагались исключительно в центре, но Киру это удавалось, потому что жил он обособленно, в опрятном бунгало в черте города, недалеко от песчаной Долины. На звонки горожан он не отвечал, гостей в дом пускал с неохотой. Но Ник с ним всегда хорошо ладил, одно время они почти одинаково поднимались по служебной лестнице, потому встрече бы обрадовался. Не согласись два года назад Рита быть его и Анны дочерью, - тогда она как раз развелась с Антом, пучеглазым и бледнокожим сухариком, - Ник бы обязательно Кира навестил. Из-за отцовских забот - не состоялось...
А теперь Кир, Философ, сам искал с ним встречи, чтобы "поговорить о реальности", о которой ему полагалось говорить по долгу службы. Судя по дрожи в голосе, делать это ему предстояло впервые.
