— Кэп. Рабочая панель очищена.
— Хорошая новость. По приезде сразу ставим палатку. Лёня, с тебя связь! Второй, оставайся на гребне. Будешь контролировать подъем тяжелых. На буксирах: приготовиться к движению. Маршрут вам скинут. Идите, не спеша. Торопиться некуда.
Фролов прошел к палатку. Здесь было градусов на пятнадцать теплее. Карачун оторвался от внешней панели управления. Он её аккуратно открыл и присоединил коммуникатор.
— Не отвечают, кэп.
Василий обернулся к Глебу. Тот, кряхтя, придвинулся:
— Я тебя предупреждал. Будет трудно. Дай, парень, порулить мне.
Фролов нервно мерил небольшую комнату шагами. Их привели сюда еще вечером. Судя по имеющимся у них хронометрам, уже наступило утро. Серое невзрачное помещение, обитое пластиком и залитое сумрачным светом, здорово стесняло командира СпаСа. Но больше всего его бесило отношение местных к гостям. Не здрасьте, ни до свидания! Уж лучше откровенная вражда!
Вчера целый день они пытались связаться с персоналом станции. Их точно слышали, но не отвечали. Взламывать ворота и двери они по понятным причинам не могли. Поэтому пока тепло, обустраивали лагерь. Благо у СС 23 имелся закрытый выдвижной пандус. Неплохое решение для оптимального выезда из Купола. В нем они и обустроились. Еще бы запитаться от станции и можно спокойно жить до конца лета. Но чем ближе к вечеру, тем сильнее проявлялось волнение. Неужели их экспедиция провалилась? Проблему со всей прямотой решил Глеб Орлов. Старожил двадцать четвертой в какой-то момент переключил канал с общего на известный только ему и громогласно выдал в эфир:
— Эй, девочки, мальчики, передайте вашей Снежной Королеве, что к ней Кай приехал. И хватит выделываться. Она меня знает, я ваш Купол могу и взорвать к чертям! Если осерчаю!
Спасатели ошарашенно уставились на опытного зубра, но его нахальный вызов подействовал. Секунд через десять раздался звонкий девичий голос:
— Кто это говорит? Зачем вы нам угрожаете?
— Девочка, передай Снежной Королеве, что Кай вернулся. Путь встретит гостей как полагается.
— Вы не може…
Сообщение прервалось, и в динамике послышался другой голос. Он был на пару тонов ниже и чуточку, до сексуальности хрипловатый.
— Не слишком ли поздно, Глеб, ты вернулся?
Орлов довольно осклабился и даже заметно помолодел:
— Мы еще живы, старушка, значит, непоздно!
В динамике что-то прошипело. Но минут через пять заработал общий канал. Пошли согласования и предложения с обоих сторон. Члены экспедиции приободрились. Сотрудники СпаСа двадцать третьей разрешили пройти внутрь трем человекам. Питание подавать наружу отказались. Да и вообще были немногословны.
Пошли Орлов, Фролов и Никита Силаев, как самый сильный и крепкий спасатель. Оружие с собой не брали. Общепринятое в их среде. Глеб давал полную гарантию сохранения их жизни. А вот в успехе предстоящих переговоров он несколько сомневался. Но лиха беда начало! Вошли они в Купол через технологическую дверь. Судя по её состоянию, ею часто пользовались. Что нельзя было сказать про помещения Подкупольного зала.
Большая часть оборудования и механизмов имели вид законсервированных. Ими пользовались нечасто. Значит, наружу весной и летом выезжала лишь небольшая группа СпаСа. Контроль территории, расчистка путей и установка радиообмена. Василию показалось странным, что станция перестала общаться открыто, но продолжает обмен сведения о погоде и состоянии климата. Эти данные они передавали регулярно. Хотя, казалось бы, закрывшись в скорлупе, могли бы и плюнуть на все условности и договоренности. Что-то здесь было не так. И с этими странностями им предстояло разобраться.
— Вася, сядь на место! Ты у меня уже в глазах двоишься.
— Мне так лучше думается.
— А думать не надо, — Глеб внимательно посмотрел на командира. — Решать все равно мне и ей.
Силаев, доселе сидевший молча на кушетке, не выдержал:
— Да кто она такая, твоя Снежная королева?
Орлов мимолетно глянул на спасателя из третьего призыва и вдохнул:
— Все равно не поймешь. Ты книжек нужных не читал в детстве.
Никита обиделся:
— Я между прочим с двенадцати лет на водорослевой фабрике вкалывал.
Глеб бросил задумчивый взгляд на Фролова:
— Ничего себе у вас сурово! Это официально разрешено?
Василий отмахнулся:
— Не хватало рабочих рук. Но у них, молодежи и вахта всего четыре часа. В остальное время учебы и игры.
Силаев помрачнел:
— Не так, кэп. Восемь через четыре, если хочешь полновесные талоны получить. У меня только мать в живых осталась, я подписался на полный контракт.
— Извини, не знал. Подожди, ведь в твоем возрасте талоны должны давать и так?
— Ограниченный набор.
Орлов покачал головой:
— Вася, что у вас за бардак там творился?
Сейчас обиделся командир СпаСа:
— Вообще-то, эпидемия не у нас случилась. Так что про порядок не вам меня учить.
Глеб лишь крякнул, но их спор прервал звук открываемой двери. В коридор вошли двое. Высокая молодая женщина в серой форме, что привела сюда и хрупкая девушка, толкающая вперед тележку.
— Приветствую. Нас отпускают?
Охранница мельком взглянула на Фролова, но ответила: