В ящиках письменного стола Юлии полный беспорядок. Там есть все: от карандашей, ластиков, батареек и монет до пачки тампонов. Юсефин в шоке. Она понятия не имела, что Юлия теперь пользуется тампонами.
Когда телефон Юсефин звонит, она подпрыгивает от неожиданности и задается вопросом, не тот ли это самый долгожданный звонок, когда ее тринадцатилетняя дочь скажет: «Мама, все в порядке».
Но это звонок из какой-то организации телемаркетинга. Юсефин спрашивают, проверяла ли она свой договор о поставке электроэнергии.
– Вы не знаете, у вас фиксированная оплата или она производится по счетчику? – спрашивает ее молодой парень на другом конце провода.
Юсефин настолько растеряна, что даже не находится с ответом. Просто бросает трубку. Что, если, пока они занимали линию, Юлия пыталась выйти с ней на связь? Что, если ей нужна была помощь, а продавец из Fortum[18] все испортил?
Юсефин старается выбросить эти предположения из головы, подходит к прикроватной тумбочке и открывает единственный ящик. Различные упаковки с таблетками, леденцами от кашля, лак для ногтей и сломанный зарядник для мобильного. Блокнот. Пульс учащается, когда она открывает его и читает. Разного рода записи об уроках. Список одежды, которую хочет купить Юлия. Ни слова о том, как она себя чувствует.
Прекрасная, милая Юлия.
Что же именно ты мне не рассказала?
Юсефин открывает шкаф, и на пол падает свитер. Одежда, кое-как распиханная по полкам, представляет собой мешанину из поношенной и свежевыстиранной.
Юсефин приподнимает вещи, чтобы посмотреть, не лежит ли что-нибудь под ними.
Нет. Она не знает, где искать дальше.
Теперь все зависит от Эммы.
Они уже должны быть на полпути к Даларне, но Юсефин все равно не понимает, как они смогут ее разыскать. Особенно учитывая тот факт, что поисковые собаки еще вчера прочесали всю местность. Если Юлия не хочет быть найденной, у них не получится. Или если этот мужчина не хочет, чтобы ее нашли.
Тогда все будет кончено.
Все озера и водоемы.
Лежит ли она на дне одного из них?
Юсефин не может сдержать слезы. Ей нужен шанс все восстановить и помочь Юлии вернуться к своему настоящему «я». «Малышка, – думает она. – Такая маленькая и хрупкая».
Юсефин хотела бы, чтобы такая телепатия сработала, но единственное, что она чувствует, – это сильный страх.
Юсефин наклоняется и поднимает выпавший из шкафа свитер, но останавливается на полпути. Под кроватью что-то лежит. Скомканный кусок бумаги.
Она тянется к нему и разворачивает.
Звонок от Эммы раздается прямо в тот момент, когда Юсефин спускается со смятой запиской, которую нашла в комнате Юлии. Нюллет поднимается на второй этаж, чтобы поговорить с Эммой наедине.
– Нюллет, я рассказываю это только тебе. Сам решай, каким объемом информации делиться, – говорит Эмма по телефону. – Теория, конечно, безумная, поэтому если ты расскажешь об этом другим, скорее всего, будет больше вреда, чем пользы, понятно?
Эмма рассказывает о месте для самоубийств в Даларне.
Все звучит настолько абсурдно, что Нюллет даже не знает, чему верить. Он осознает, что стоит в той самой большой спальне, где они не так давно делили с Эммой кровать. Это становится для него болезненным напоминанием о том, что было, но уже прошло.
– После встречи с Викторией Свантессон я пришла к выводу, что люди приезжают в это место, чтобы покончить с собой. Теория состоит в том, что кто-то им в этом помогает.
– Это звучит так безумно, что мне сложно что-то ответить, – признается Нюллет и выглядывает в окно. Деревья покачиваются из-за сильного ветра. – Сколько вам еще ехать?
– Примерно полчаса. Полиция Даларны должна вскоре получить записи с камер наблюдения на заправочной станции. Ты помнишь что-нибудь еще о мужчине в кепке?
Нюллет изо всех сил старается вспомнить что-нибудь, но в тот момент он был сосредоточен совсем на другом. Сбежать от Мадлен.
– Я почти уверен, что кепка была бежевого цвета и на ней был логотип. Не знаю, поможет ли это как-нибудь.
– Что за логотип?
– Я увидел его лишь мельком, так что сказать не смогу.
Эмма настолько возбужденно рассказывает, что Нюллету нужно время, чтобы обдумать информацию. Что-то не сходится, но он не знает что. Зачем кому-то заморачиваться и ехать в Стокгольм, чтобы забрать оттуда потенциального самоубийцу? Это какая-та безумная штука из интернета? Вызов или какая-та жуткая игра? В таком случае об этом было бы известно полиции, но Нюллет о таком не слышал. Мужчина смотрит на самоубийство и наслаждается процессом? В чем его роль? От одной только мысли об этом Нюллета тошнит.
– Дай мне знать, если узнаешь что-нибудь новое, – говорит он, и они заканчивают разговор.
Затем Нюллет выходит из спальни и вместе с этим избавляется от всех воспоминаний, связанных с ней. Он звонит Линдбергу.
