Меня разрывало на части. Где-то в глубине души я понимал, что всё это было не по-настоящему, что всё это неправда, но… их голоса… их обличие, всё говорило об обратном. Я знаю, что моя Вика, моя любимая, как бы не злилась, никогда бы не позволила себе так обо мне говорить, тем более при дочери, но сейчас меня просто размазывали по стенке обвинениями, и я не мог защититься. Это были мои мысли. Я сам себя корил. Каким-то образом чёрная клетка достала из меня мою самую сильную боль. И мой самый сильный страх.
Когда я начал сопротивляться этому и меньше реагировать на агрессию со стороны жены и мольбы со стороны дочери, мне снова будто дали под дых. Все краски смешались, а после я снова увидел момент трагедии. Да, я помню это с видеокамер, но сейчас я стал будто участником. Участником за барьером, который не может помочь своим родным.
Красный свет светофора. Мои девочки стоят около перехода и ждут зелёного. Едят машины, люди спешат по своим делам. Вот загорается зелёный, два ряда из трёх тормозят, а третий свободный. Вика с Юлькой переходят дорогу, когда… Я ненавижу феррари. Теперь ненавижу. Он с огромной скоростью врезается в самых дорогих для меня людей, отчего они падают сначала на лобовое стекло, а после на асфальт сломанными куклами. Само феррари по инерции летит дальше, врезаясь уже в какой-то столб, а под моими девочками образуется лужа крови. И взгляд. Пустой взгляд дочери, устремлённый прямо на меня.
Я бьюсь о барьер, пытаюсь прорваться туда, но ничего не помогает. Я разбиваю руки в кровь, пытаясь прорваться, но это не спасает. И когда я уже сам сползаю по невидимой стене вниз со слезами на глазах, картина вновь повторяется…
Мои девочки снова живы. Вот они стоят перед переходом и ждут зелёный сигнал светофора. Я кричал, я бил в барьер, я, как загнанная в угол крыса, пытался сделать что угодно, лишь бы их спасти. Но этот грёбанный красный феррари снова совершает ужасный удар, от которого кровь стынет в жилах отца и мужа.
Я не знаю сколько раз я видел эту картину. Кажется, что сотни и тысячи. И сила воли никак не сможет уменьшить ту боль, что я испытал. Никак и никогда… Теперь я понимаю тех, кто выходил из чёрной клетки. После неё самоубийство — единственный выход, чтобы заглушить боль.
Я думал об этом. Думал бросить кубики, а после разбежаться и размозжить себе голову о стену, как это сделал гладиатор в первом бою. Но увидел кошкодевку. Она до сих пор была в отрубе, так что, надеюсь, на неё чёрная клетка не подействовала. Да. Нет смысла сейчас умирать. Я не смогу вернуть своих близких, мне не заглушить эту боль, но… Я могу отомстить виновнику. И раз я не смогу прийти на свадьбу к дочери, то хотя бы приду на похороны ублюдка, что лишил всех нас будущего.
Я бросил кубики. 1 и 9. Взял Зиру под мышку и пошёл. Первые три клетки были чёрными, мы умудрились попасть в чёрную зону, которых было то всего две или три и все они были маленькими. А после была красная зона. И тут был киборг.
Он сразу направил на меня винтовку. А я сразу взял разбег. В щите было отверстие после прошлой нашей стычки, в которое я и смотрел одним глазом. Несмотря на выстрел, который задел мой бок, я смог ударом щита отбросить железку на барьер, а после и придавить его. Послышался звук сминаемого металла. Мне нужна была разрядка. Психологическая. Просто, чтобы не сойти с ума. И я нашёл её в ярости.
Эта падаль решила, что может убить меня и лишить возможности отомстить? Он подумал, что может уничтожить моего товарища, которого я защищаю? Глупец! Я начал методично орудовать щитом, проминая и калеча противника. И в итоге тот умер.
— Ауч… Как голова болит… Ты зачем это сде… — кошка оборвалась на полуслове, когда увидела труп киборга под моим щитом.
— Эээ… что происходит?
Я просто указал на следующие клетки, что нам надо преодолеть. В красной зоне больше не осталось противников, видимо гладиатор до этого её зачистил. Потому мы просто прошли её, после чего были две прозрачные клетки, а встали мы на жёлтую.
Ваше задание. Вам нужно метнуть 10 дротиков, заработав минимум 93 бала.
Это задание выполнила Зира. Она была быстрой, ловкой и меткой, так что ей это не составило труда. Набрав 99 балов из ста, мы продолжили ждать следующего хода.
Девушка пыталась меня разговорить, но любые её попытки я игнорировал, иногда, впрочем, используя жест указательный палец к губам, типа «тихо».
Прошло уже 6 ходов, и я рассчитывал, что к этому времени мы должны победить. Так как нас двое, то победа засчитается, если кроме нас останется кто-то из одиночек. Но, видимо, команда из трёх эльфов или двух человек, или обе, ещё в игре.
Я начал считать про себя время, чтобы узнать сколько ходов будет, кроме нашего, но в этот раз наш ход наступил рано. Что означало, что кроме нас осталась только одна команда. И я даже догадываюсь какая.
Бросок кубика. 5 и 5. Мы вновь вернулись на красную зону, по пути даже не попадая на другие клетки, а так как она уже была зачищена, то ход был одним из самых простых.
