Винтовки был торт, а вишенкой на нём стали двадцать картечниц Гатлинга-Барановского образца 1873 года, с ЗИПом и по 60 тысяч патронов к ним, от колесных лафетов отказались, сделали для неё треногу и повозку для перевозки всего барахла и тачанки одновременно, а так же щиты. Ещё вишенкой стали двадцать ракетных станков с тройным боекомплектом двух (51 мм) и четырёх (102 мм) дюймовых ракет, инструкции, правда, на русском, но, главное с ракетами прибыли и отставники-ракетчики, офицер и два унтера, они должны были обучить и уехать, но могли, если появиться желание и остаться. Завершали вишенку, крепостные ружья Гана, прототип противотанковых ружей и крупнокалиберных снайперских винтовок, их было двадцать четыре штуки и по три сотни патронов к каждой, вместо крюка, поставили сошки, добавили пистолетную рукоятку, ручку для переноски, подушку на приклад, несколько оптических прицелов для них. Бить по бронепоездам бритов, крупным целям само то будет.
Возникли вопросы с обувью и холодным оружием для корпуса, мои то босиком или в усиленных сандалях щеголяли, а тут им ботинки а-ля берцы выдали, решили оставить и то и то, в бою в ботинках, вне боя хоть босиком. С холодным оружием тоже нашли компромисс, типа винтовка со штыком ножом в рукопашном бою, заменяет копьё, так хотели ещё, чтоб и мечи были. Я сказал нет, мечи на парадах, но суданские кинжалы разрешил, зачем ломать устои через колено, но офицерам мечи разрешили, хотят пусть таскают. Ко всему этому, добавлялась МСЛ, фляжка, подсумки, разгрузка, котелок в комплекте, индивидуальный пакет, вещмешок с пайком и солдатским барахлом.
Форма вышла комбинированная, гимнастёрка не очень длинная, с отложным воротником, разрез имеет закрытые пуговицы, усиленными локтями, нагрудными накладными карманами с клапаном, пуговицы тоже скрыты, такой же карман на левом плече. Брюки НЕ галифе и не шароварного типа, взял за образец, в каких сам служил, только ещё задницу усилил тканью, и накладной карман с клапаном на правом бедре сделал, на голову кепи-таблетка. Перчатки, наколенники и налокотники с поножами и полукрагами, ремни, кобуры офицерам делали в Судане, их в Атбаре и Суакине шили.
По ночам у буров бывает прохладно, поэтому моим жителям пустыни, забацали бушлаты из армейского сукна, по образцу 21 века, без карманов на рукаве, с башлыком и ватиновой подстёжкой, к "зимнему" варианту шла ещё балаклава-пидорка.
Нижнее бельё, это была футболка, армейские сатиновые трусы и теплые кальсоны, портянки. Солдатский сидр сделал получше, с каким сам служил, усилили спинку, дно, объём побольше, два отделения, карманы внутри и снаружи, на лямках поперечные ремни на груди и поясе, ремни для приторачивания бушлата и одеяла. Сделали и спальные мешки, но они были объёмными, не как из синтетики, на себе не потаскаешь, поэтому их отправили в обоз.
Масксети, костюмы для диверсов, всякие там "Лешие", "Кикиморы" делали уже в Судане, шили и вязали ленты и тряпочки, на комбинезоны, которые заказывали в России и на рыболовные сети купленные там же.
Сержантам и офицерам выдали компас, последним ещё часы, но ещё пока не командирские, полевую сумку с принадлежностями, ручной фонарик, револьвер с кобурой. Револьвер был не Наган, а русский Смит-Вессон образца 1880 года, их сняли с вооружения и производства, как мне рассказал Артамонов, и теперь их в России полно и они недорогие. А вот офицерам корпуса должны были достаться Маузеры С96. Знаки различия я взял современные мне, лычки и звезды, то есть в моей армии были введены погоны, но для корпуса полевые.
Получался по экипировке боец вариант а-ля 21 век, только с магазинной винтовкой и без тактических очков. Корпус постоянно проводил, учения, стрельбы, марш-броски, для разного уровня подразделений, и со временем стал самым подготовленным подразделением моей армии, даже Гвардия им, теперь уступала в подготовленности и экипировке, а по огневой мощи в соотношении огневые средства к численности соединения они точно были впереди планеты всей. Корпусом командовал опытный в военном деле, и предельно верный мне эмир Ахмад Федил, который так же постигал военную науку в теории и практике, только получается в звании генерал-майора.
Появился и свой флаг у "Львов Судана", на зеленом фоне могучий лев возлагающий лапу на поверженного другого льва, и надпись на арабском, — "Не в силе Бог, а в правде".
Корпус должен был по моему замыслу, хотя бы немного изменить ход англо-бурской войны в пользу буров, а значит Судана, России и в итоге мировой истории. Сделать её для бритов ещё более тяжёлой и дорогой.
Мои солдаты должны были помочь бурам взять Ледисмит, после его падения им открывается дорога на Дурбан, главный порт Наталя, оттуда до него, если судить по картам, километров 250-т, по железной дороге шесть-семь часов ходу. Опыт броска по ж\д из Абу-Хамида на Вади-Хальфу Османа Азрака мог здесь пригодиться.
