В этом мире, как я понял, пар стал основной движущей силой, и это создавало вокруг совершенно особую атмосферу. А ещё в этом городе был трамвай, и вдоль улиц тянулись электрические провода – я едва ли мог поверить, что электричество здесь распространено настолько широко. У нас в имении мы обходились без него, используя газовые фонари и свечи для освещения, но тут на каждой улице стояли электрические фонари, а к некоторым домам даже вели провода. Может, и в соседнем с нашим имением Лидорне тоже было электричество, но я как-то не обратил на это внимания.
Город произвёл на меня большое впечатление. Люди на улицах казались занятыми своими делами, но я заметил, что нищих, грязных и бедных людей здесь нет. Даже рабочие, выходившие с фабрик, выглядели опрятными и прилично одетыми.
– Алан, а здесь все так живут? – спросил я, заметив, как рабочие неспешно идут по улице, оживлённо обсуждая что-то, но выглядят не измождёнными и уставшими, как я бы ожидал.
– В нашей империи, да, – ответил Алан, осматриваясь вокруг. – У нас рабочие трудятся в хороших условиях, и это правильно. В нашей империи считают, что каждый человек достоин уважения, независимо от его положения.
На каждый новый город и остановку я смотрел с восторгом. Путешествие оказалось гораздо более интересным и познавательным, чем я мог представить, и каждый раз, когда мы снова отправлялись в путь, я возвращался к панорамному окну, глядя, как меняются пейзажи за стеклом. Это было настоящее открытие – увидеть мир с такой стороны, и в душе я ощущал, что впереди у меня ещё много новых открытий.
Когда поезд прибыл на вокзал, я, откровенно говоря, был не готов к тому, что увижу за его пределами. Столица, Элион, оказалась совершенно другой, не похожей ни на один из городов, которые я видел прежде. Это был настоящий мегаполис. В отличие других мест, где жизнь текла более размеренно, плавно, здесь всё буквально кипело и каждый при этом знал, куда идти и что делать. Я остановился на платформе, оглядываясь по сторонам с восторгом и некоторым страхом перед этим городом.
– Ну, как тебе столица? – спросил Алан, стоя рядом и слегка прищурившись, словно не меньше моего впечатлённый происходящим.
– Я… я даже не знаю, что сказать, – ответил я, чувствуя, как к горлу подступает ком от волнения. – Это… это просто потрясающе.
Перед нами, за зданием вокзала, простирались огромные здания, похожие на каменные горы, уходящие в небо. Множество этажей, бесчисленные окна, вывески и витрины, которые громко заявляли о себе. И все эти люди повсюду – они двигались плотными потоками, словно реки, заливающие улицы. Я уже и позабыл, что такое может быть.
– Алан, смотри, здесь же настоящие толпы, – пробормотал я, невольно шагнув назад, чтобы не угодить в поток прохожих, снующих по платформе. – Как они вообще не теряются в этом хаосе?
– Теряются, Эрвин, и ещё как, – усмехнулся он, хотя его глаза тоже были широко распахнуты. – Даже я, признаться, слегка растерялся, хотя бывал здесь не раз. И всё же… в этом что-то есть. Элион определённо живёт полной жизнью.
Там, за стенами вокзала, на тротуарах было не протолкнуться: пёстрая толпа, мужчины и женщины в строгих костюмах, уличные торговцы с их киосками, детвора, перебегающая дорогу в самых неожиданных местах. Повсюду шум, разговоры, звуки транспорта. Как же это всё напоминало мне уже, казалось, забытые картины из прошлой жизни.
Пока я стоял с открытым ртом на перроне, к нам подошёл молодой офицер в строгом чёрном мундире, украшенном серебряными эмблемами. Его осанка и уверенные движения сразу привлекали внимание. Подойдя ближе, он слегка поклонился и представился:
– Лейтенант Ричард Кроули. Рад приветствовать вас в Элионе, господа. Мне поручено встретить вас и проводить до Императорского кадетского корпуса.
– Приятно познакомиться, господин лейтенант, – ответил я, кивнув в ответ.
Офицер повёл нас через оживлённый зал к выходу из вокзала, где нас ждал автомобиль.
– Эрвин, держись ближе, – сказал Алан, когда я снова слегка отстал, зацепившись взглядом за витрину книжного магазина. – Потеряться здесь – раз плюнуть.
– Понял, понял, не беспокойся, – ответил я, снова нагоняя его. – Просто… это всё так интересно.
Машина сразу произвела впечатление – массивный чёрный кузов, плавные линии и бронзовые вставки, сияющие на солнце. Эта машина выглядела и солидно, и надёжно, напоминая скорее дорогой кабинет на колёсах.
– В наших краях таких не увидишь, – заметил я, восхищённо осматривая машину.
Лейтенант открыл дверь, предлагая нам сесть. Я опустился на мягкое кожаное сиденье, и ощущение роскоши лишь усилилось: отделка из тёмного дерева, удобные кресла и полный комфорт, идеально подходящий для долгой поездки. Под капотом слышалось тихое, ритмичное «мурлыканье» парового двигателя, лишённого привычного рычания бензиновых моторов. Звук был мягким, едва различимым, появлялось ощущение, что автомобиль скользит, а не едет. Время от времени раздавалось едва слышимое пыхтение сбрасываемого пара.
Алан, усаживаясь напротив, бросил на меня взгляд и усмехнулся:
