— Да, я что-то такое припоминаю, — без особого интереса произнес Мельников. — Только какое это имеет отношение к делу, которым ты занимаешься?
— Косвенное. Я попутно узнала, кто причастен к прошлогоднему исчезновению той девушки, а скорее всего, и к ее смерти. — За ближайшими столиками никого не было, поэтому я могла говорить открытым текстом.
— И кто же?
— Один местный криминальный авторитет.
— Так, у меня сейчас совещание начнется, я тебе после него перезвоню.
Поговорив с Мельниковым, я доела бургер, допила остатки кофе и собралась уже отправиться на шопинг, но меня задержал звонок мобильного. Достав смартфон, я уставилась на дисплей, не зная, отвечать или нет. Мне звонила Лена Минкина. Вероятно, она хотела знать, как я съездила в Прудовое, нашла ли ее подругу. Пока я не выяснила всех деталей Светиного похищения, не стоило ставить ее в известность, что Речкалова нашлась. Мало ли как все обернется. Звонок оборвался, вероятно, у Лены кончилось терпение. Убрав смартфон в сумку, я направилась к ближайшему бутику.
Когда я подбирала блузку для Светы, снова зазвонил смартфон. На этот раз я ответила:
— Алло!
— Доброе утро, Татьяна! — поприветствовал меня Савва. — Мне сказали, что у вас хорошие новости, так? Студентка нашлась?
— Да, так и есть, — подтвердила я.
— Значит, вы скоро вернетесь с ней в Тарасов?
— Не уверена, что это произойдет очень скоро, — говорила я, приложив к себе блузку и глядя в зеркало. — Мне еще надо что-то делать с молдаванами. Насчет денег, которые пропали из сейфа, я тоже еще ничего не выяснила. А что с Семагиной, она пришла в себя?
— Да, но мне позволили только три минуты с ней пообщаться. Все это время Лера твердила одно и то же…
— Что именно? — уточнила я, возвращая на вешалку блузку, которая показалась мне слишком легкомысленной.
— Что она во всем виновата, что нет ей прощения, что лучше бы ее не спасали. Только я хотел спросить Семагину, в чем именно она виновата перед Речкаловой, как пришел доктор и выпроводил меня из палаты. Отведенные мне три минуты закончились слишком быстро. Я не думал, что врач реально засечет время, — оправдывался Савва.
Я подумала, что стажеру надо еще учиться и учиться с максимальной пользой использовать каждую секунду. Вместо того чтобы задавать Семагиной свои вопросы, он слушал ее расплывчатые словоизлияния.
— Главное, чтоб она не предпринимала новых попыток суицида.
— Так, может, Лере сказать, что ее подруга нашлась и с ней все в порядке?
Я на секунду-другую задумалась, все ли в порядке со Светой? Если не считать синяков на ее запястьях, ссадин на шее и глубокого стресса, который еще неизвестно во что мог вылиться, то она была в относительном порядке.
— Пока не стоит с этим спешить, — проговорила я и взяла со стеллажа толстовку с неброским цветочным принтом.
— Вам, наверное, виднее, — стажер не стал настаивать на своем предложении. — Кстати, в кармане ее ветровки нашлась упаковка таблеток, которыми она отравилась. На ней ее отпечатки пальцев. Значит, это была попытка суицида. Татьяна, вам еще какая-то помощь от меня нужна?
— Пока не знаю, если понадобится, я с тобой свяжусь. Спасибо, что позвонил. — Я отключила связь и направилась к кассе.
В соседнем магазине я довольно быстро подобрала к толстовке джинсы, а потом и лоферы. Вспомнив, что Тамара выбросила все Светины вещи, я решила прикупить ей еще одежду и белье. Надо же хоть чем-то девчонку порадовать!
Света сидела, прислонив голову к боковому стеклу. Я сначала подумала, что она опять заснула, но, подойдя ближе, увидела, что глаза у нее открыты.
— А вот и я, — сказала я, открыв дверцу и подавая ей пакеты. — Можешь сначала переодеться, а потом перекусить, или наоборот.
Речкалова заглянула в пакеты, достала фастфуд, развернула упаковку и стала жадно кусать бургер, запивая его кофе из высокого бумажного стакана. Подкрепившись, она принялась рассматривать одежду.
— Но здесь слишком много всего, — смущенно заметила Света. — Надо же, вы даже белье купили! Такое красивое! Только как я здесь буду переодеваться?
— Белье потом переоденешь, а пока можно расстаться только с халатом.
Света сначала натянула джинсы, потом повертела головой по сторонам, убедилась, что в соседних машинах никого нет, быстро скинула махровый халат и надела толстовку.
— Мы сейчас поедем в Тарасов? — спросила Речкалова, приглаживая волосы.
— Не сегодня.
— Я столько занятий пропустила, а у меня сессия на носу. И потом, мне здесь даже ночевать негде. Домой к отцу я ни за что не пойду, пока там живет Тамара. В гостиницу меня без паспорта не пустят, да и без денег тоже. А подругам, как выяснилось, не до меня…
— Как раз насчет подруг я хотела с тобой поговорить. Света, в чем Лера Семагина может быть перед тобой виновата?
— Откуда вы про нее знаете? — спросила Речкалова и сама же попыталась ответить на свой вопрос: — Вероятно, вы были в университете. Вам, наверное, мой отец сказал, где я учусь… Скажите, а как он отреагировал, когда понял, что я дала ему неправильный адрес?
