Эши опустился перед ней на колени, обнял, спрятал лицо у нее на плече, принялся ласково целовать шею, пытаясь утешить и подарить успокоение. Рапсодия разжала левую ладонь, и на пол упала свеча Кринеллы. А потом она еще сильнее обхватила себя руками и напряглась. По ее необычному поведению Эши догадался: она ждет от него возмездия, готова к мести за смерть Ллаурона.
Рапсодия прошептала несколько слов, и он их не услышал бы, если бы не был совсем рядом:
- Прошу тебя, давай быстрее.
Эши схватил Рапсодию за руки и с силой повернул ее к себе, снова увидев горе, написанное у нее на лице. Он мягко встряхнул ее, и в следующее мгновение глаза у нее немного прояснились.
- Ариа, выслушай меня. Ты ни в чем не виновата. Ты не совершила никакого преступления. Не позволяй случившемуся разрушить твою душу. Пожалуйста.
Рапсодия молчала, уставившись в пол. Эши обнял ее, прижал к себе, пытаясь заставить очнуться. Наконец она едва слышно сказала:
- Мне очень жаль, Эши. Прости меня. Я не смогла им помешать. Не смогла его спасти. Он мне не позволил.
В ее голосе звучало такое страдание, что у Эши на глаза навернулись слезы.
- Я все знаю, знаю, - проговорил он и погладил ее по спутанным волосам.
- Я пыталась его отговорить, но мне не удалось. - Вспомнив последние мгновения жизни Ллаурона, Рапсодия побледнела и начала заикаться. - Я должна была его защитить, ведь это обязанность илиаченва'ар. Я обесчестила себя, и меч, и все братство Кузенов.
- Нет, нет, Рапсодия, все совсем не так.
- Мне следовало прикончить Каддира еще до того, как все началось. Я бы справилась с ублюдком без проблем. Он находится в рабстве у ф'дора, а может быть, сам демон вселился в него. Я не выполнила свой долг, Эши. Я опозорила себя, Элендру, богов, даже Звездный Горн. Говорила же я им, что недостойна такой чести, но они меня не слушали, и она не слушала. - Эши почувствовал, что ее бьет мелкая дрожь. - Я не смогла спасти твоего отца, Эши. Прости меня, Эши больше не мог этого выносить.
- Ты и не должна была, Рапсодия. - Ему показалось, что она его не слышит. Тогда он взял ее за плечи и заглянул в зеленые, лишенные привычного сияния глаза. - Ты меня понимаешь? Ты не должна была его спасти. Это все обман. Ллаурон не умер. Он тебя использовал. Я бы хотел сказать это тебе как-нибудь помягче, но ты меня пугаешь. Ты не должна винить себя за случившееся. Как ты могла подумать, что я могу тебя убить... - У него прервался голос, и он замолчал. Но вскоре сумел снова взять себя в руки. - Я люблю тебя, люблю.
Рапсодии потребовалось какое-то время, чтобы осознать значение слов Эши. Он вдруг почувствовал, как напряглось ее тело. Она оттолкнула его и заглянула в глаза.
- Ллаурон не умер?
- Нет.
Эши пытался найти слова утешения, объяснить ей смысл произошедшего, но не мог произнести ни слова. На ее лице одно выражение быстро сменялось другим, и он просто не знал, как реагировать.
- Ты сказал, это все обман?
- Да.
- Невозможно, - заявила Рапсодия и встала. - Я сама сложила и зажгла для него погребальный костер. И спела ему Песнь Ухода.
Эши с трудом сглотнул, почувствовал, как его рот наполняется горечью.
- Я знаю, Ариа, и мне очень жаль. Я не хотел тебя обманывать. Звездный огонь, от которого ты зажгла погребальный костер, требовался Ллаурону для того, чтобы слиться со стихиями. Без тебя у него ничего не получилось бы.
- Я не понимаю.
Эши попытался вспомнить их разговор той ночью, воспоминания о которой он на время забрал.
- Ллаурону надоело быть просто человеком, надоели ограничения, с этим связанные. В его жилах текла еще и кровь дракона, но она дремала и никак себя не проявляла. Ллаурон старел, терял силы, болел - он приближался к концу своего бытия. И тогда он захотел обрести новую жизнь. Звездный огонь позволил ему изменить форму и превратил в дракона. Ллаурон стал практически бессмертен, а звездный огонь наделил его даром единения со стихиями. Он стал почти так же могуществен, как Элинсинос.
Рапсодия задумалась, а через несколько мгновений на лице у нее появилось жесткое выражение - она все поняла.
- Почему он мне ничего не сказал? Почему ты не сказал?
Эши отвернулся.
- А, кажется, я догадываюсь, в чем дело. Именно это воспоминание ты забрал у меня в ту ночь, так ведь?
Эши больше не мог ей лгать.
- Да, это одно из воспоминаний.
- Были и другие? - Рапсодия вздохнула, и Эши понял, что она пытается сдерживать свой гнев. - Что же еще?
