— Во времена их предков, — кивнув, проговорил Ллаурон, — народ на Большом Совете сам выбирал своих правителей. Земля, на которой проходил Совет, обладала магическими свойствами, она сама утверждала принятое решение, и претенденты на трон либо получали его, либо нет. Но в наше время эта традиция утеряна. Как, впрочем, и большая часть ритуалов Патриархальной религии, которая требует, чтобы человек обращался к посреднику, а тот в свою очередь передает его просьбу другому посреднику, говорящему уже с самим Патриархом, единственным, кому дано право общаться с Богом.
Рапсодия промолчала. Она выросла в маленькой деревне и была далека от политических интриг, а потому ее не особо интересовало и уж тем более не удивляло, каким способом передается власть. Эти вопросы всегда находились за пределами ее понимания. Она помнила, что ее мать, единственная лиринка, живущая среди людей, как и Риал, постоянно изумлялась их законам.
— Семья, — проговорил Благословенный.
По толпе пробежал взволнованный шепот. В устланных коврами проходах появились два солдата в форме Кандерра и Бетани. Они молча вытащили мечи, прошли по проходам и одновременно отсалютовали жениху и невесте.
— Что происходит? — шепотом спросила Рапсодия у Риала.
Лорд-протектор кивком показал на алтарь.
— Печать крови, — ответил он.
Маленькие пажи достали из своих шкатулок два куска белой ткани размером с платок.
— По-моему, я не хочу на это смотреть, — с сомнением сказала Рапсодия.
— А зрители считают это самой интересной частью церемонии, — заявил Ллаурон, когда жених и невеста обнажили запястья. — Для невесты считается хорошим тоном упасть в обморок.
На лице Риала появилось озабоченное выражение.
— Если вы и в самом деле не хотите на это смотреть, я могу вас проводить наружу.
Рапсодия поморщилась, увидев, как молодожены резким движением коснулись запястьями острия мечей, которые держали в руках солдаты, а потом соединили руки.
— Вид крови меня не пугает, но во время бракосочетания? — Рапсодия пожала плечами.
Она с удивлением наблюдала за Мадлен, которая спокойно вытерла кровь платком, протянутым пажом, а затем демонстративно осела на пол.
— Таким образом они показывают, что соединены две королевские линии, клянутся друг другу в том, что у них будут дети, — пояснил Риал. — Пятнадцать лет назад я присутствовал на бракосочетании лорда Стивена Наварна, они с женой в этом месте поцеловались. Должен заметить, что так же поступает большинство пар, придерживающихся Патриархальной веры. Возможно, лорд Роланд желает гарантировать появление большого числа потомков.
— Дети Мадлен и Тристана… Да, прямо скажем, приятная мысль, — пробормотал Ллаурон, когда лорд Роланд поднял свою невесту с пола.
Риал лишь ухмыльнулся в ответ.
— Вы оба ничем не лучше парочки деревенских сплетниц, — покачав головой, заявила Рапсодия.
— Огонь соединяет вас, — провозгласил Благословенный.
Молодоженам вручили медный шест с длинным фитилем. Они опустили его в огонь у алтаря, а затем вместе зажгли чашу с маслом, установленную в начале желоба, идущего к крыше базилики. Вспыхнуло пламя, затем быстро помчалось по желобу к круглому потолку храма и вскоре превратилось в огромный факел выше человеческого роста. Толпа взревела от восторга, а королевская пара, соединив руки под пылающим символом солнца, приветственно помахала гостям церемонии.
— А теперь пришла пора настоящего праздника — пир, танцы и скучные речи, — сказал Ллаурон и повернулся в сторону дворца, над которым на зимнем ветру трепетали знамена Бетани и Кандерра. Затем, снова взглянув на Рапсодию, он грустно улыбнулся. — Надеюсь, дорогая, вы подарите старому учителю парочку танцев.
Ей было трудно устоять перед его теплой улыбкой, несмотря на все, что с ней произошло.
— Разумеется. — Она наклонилась вперед и прошептала ему на ухо: — После того как я выпотрошу вас за то, что вы оставили меня умирать на диком морозе в лесу.
Главный жрец рассмеялся, делая вид, что не заметил подтекста в ее словах.
— Не я, моя милая, Каддир. Прошу тебя, не вини этого человека, его отряд по дороге попал в беду.
Подозрительность на лице Рапсодии тут же сменилось беспокойством.
— О нет! Его убили?
В глазах Ллаурона заплясали смешинки, но выражение лица не изменилось.
— Нет-нет, к счастью, он остался жив. Знаешь, дорогая, мне прекрасно известно, как ты торопишься вернуться в Илорк, но я хочу попросить тебя об одолжении.
— О каком же?
